— Что еще?

— Меня беспокоит психическое состояние команды, охраняющей «Объект № 2». По-моему, у охранников начались необратимые изменения в психике, они превращаются в дебилов. Я только что узнал о создании ими мотобанды, которая в свободное от службы время гоняет по дорогам области, нападает на автолюбителей и жителей деревень.

— Ты в своем уме?! — тихо спросил Мстислав Калинович.

— Я-то в своем, — угрюмо ответил Дубневич, — а кое-кто нет. Я еще полгода назад возражал против испытаний «ЗГ» на охранниках…

— Короче, — перебил полковника Джехангир. — Твои предложения?

— Срочно заменить охрану, послать в район «команду-ноль». Если только уже не поздно.

— Что ты имеешь в виду?

— Эти идиоты налетели на деревню Ковали всего в шести километрах от нашего объекта, напоролись на негосударственную контору «Час» — так называемых «дорожных мстителей»…

От щек Джехангира отлила кровь.

— И ты ничего не предпринял?!

— Предпринял, как только узнал. «Мстителей» мы возьмем, лишь бы не возникло резонанса. Кстати, вам фамилия Крутов ни о чем не говорит?

— Крутов? — Мстислав Калинович не сразу вспомнил одного из своих учеников. — Да, я знаю одного, если только это тот Крутов. Егор?

— Так точно. Так вот, он — полковник ФСБ, правда, в отставке, и, по его словам, приехал к родственникам на побывку. Однако приехал он именно в тот момент, когда произошли те самые события. Вы его хорошо знаете?

— Я его не видел больше пятнадцати лет.

— Это может быть простым совпадением — его появление и участие в драке?

— Не знаю.

— Проверь. Понаблюдай за ним.

— Его взяли люди Казановы… э-э, капитана Казанова, начальника жуковской милиции, по обвинению в убийстве военнослужащего, и сейчас он сидит в камере жуковского СИЗО. Сватов подсуетился.

Мстислав Калинович крякнул. Майор Сватов был начальником охраны «Объекта № 2», жестким и умным, но излишне самостоятельным и грубым. Это он предложил зомбировать охранников объекта «с целью усиления ответственности каждого за порученное дело», а директор Проекта, начальник «Объекта № 2», пошел ему навстречу. Что с него взять, для него это был лишь дополнительный материал для испытаний «ЗГ»…

— Подробный отчет о происшедшем — мне на стол! Крутова отпустить.

— Но он же…

— Отпустить! Но держать под контролем. Не исключено, что он — подсадная утка. Не исключено также, что он станет нам полезен. «Мстители» должны исчезнуть, тихо. Охрану объекта… заменить.

— Понял. Будет сделано.

Связь прервалась.

Мстислав Калинович подержал трубку в руке, потом набрал номер.

— Винсент Аркадьевич? Как насчет рандеву?

— Что-нибудь важное? — бархатистым раскатистым голосом отозвался председатель РВС Винсент Аркадьевич Валягин.

— Возникли небольшие проблемы, но посоветоваться необходимо.

— Если только вечером.

— Где?

— Можно в сауне клуба.

— Это идея, давно не принимал массаж. Хотя есть поговорка: в баню ходит только тот, кому лень чесаться.

Трубка донесла сытый смешок, и Валягин отключил линию. Мстислав Калинович с улыбкой положил трубку и пошел обратно в ванную.

В семь часов вечера они встретились в баре ночного стрип-клуба «Баттерфлайз» [27] на Садово-Каретной. Посетителей было еще мало, завсегдатаи клуба собирались позже, к девяти-десяти часам вечера, но беседовать в баре все равно было не с руки, и после двух кружек пива «Кайзер» обе особо важные персоны отправились в сауну.

Рядом с Валягиным Джехангир, сам, в общем-то, далеко не хилый человек, смотрелся как «Запорожец» рядом с «Мерседесом». Винсент Аркадьевич в молодости был культуристом: рост два метра один сантиметр, плечи — метр двадцать (почти косая сажень), объем шеи и бицепсов — пятьдесят пять сантиметров, — но и к пятидесяти пяти годам не потерял фигуры, разве что мышцы подзаплыли жирком да пропала былая легкость движений.

Посидев в парной, они нырнули в пустой бассейн с подсвеченной снизу водой и в блаженном расслаблении медленно и долго плавали от стенки к стенке, пока нервная система не пришла в состояние гармонии со всеми частями тела, потом вылезли из бассейна, завернулись в простыни и уселись в низкие удобные кресла в комнате отдыха.

— Ну, что там у тебя стряслось? — поинтересовался наконец Валягин, беря со стола уже открытую незаметной прислугой сауны бутылку пива «Миллер».

— Ничего особенного, — взял вторую бутылку Джехангир. — У меня все нормально. Проблемы возникли у системы.

— Конкретнее.

— Я предупреждал, что нельзя брать на работу уголовников.

— О ком ты?

— И я был прав. Но Юрий Тарасович не пожелал тогда выслушать мои доводы, и вот результат.

Валягин вытер красное, распаренное, мясистое лицо, смерил Мстислава Калиновича насмешливым взглядом.