В девять часов утра Булавин натянул льняные штаны и рубашку без воротника, вывел из гаража недалеко от дома (он жил в маленькой двухкомнатной квартирке, принадлежавшей еще деду Стогнею, в шестиэтажном доме по улице Багровской, недалеко от церкви Сретения) двухлетнего возраста «Хонду-Престиж» и направился по набережной в сторону Октябрьского моста через Вологду; кремль с его соборами — Софийским и Воскресенским — стоял на другом берегу реки, на так называемой Соборной горке, оплывшей и почти исчезнувшей за сотни лет с момента постройки кремля.

За светофором на улице Мостовой голосовал прилично одетый молодой человек с небольшой кожаной сумкой на ремешке. Дмитрий редко подвозил людей и никогда — за деньги, поэтому сначала хотел проехать мимо, но молодой человек энергично потряс рукой, постучал по циферблату часов, и Булавин остановил машину.

— Извините, шеф, — сказал молодой человек, просовывая коротко остриженную голову в кабину «Хонды». — Опаздываю, подбросьте до моста.

— Садитесь, — согласился Дмитрий.

Молодой человек кинул свою сумочку на заднее сиденье, сел рядом с водителем и начал звонить кому-то по мобильному телефону, обещая «приехать и со всеми разобраться». У моста он вышел, заплатив полсотни, хотя Дмитрий и не просил за проезд. Слегка позабавившись этим случаем, Булавин переехал на другую сторону Вологды, повернул на перекрестке направо, на Кедровскую набережную, и в это время его лихо притер к тротуару темно-серый «БМВ» с тонированными стеклами. Открылись дверцы машины, из нее выскочил детина в костюме и при галстуке, наклонился к окошку водителя.

— Командир, ты тут нашего парня вез, — деловито проговорил он. — Так он у тебя деньги забыл.

— Деньги? — поднял брови Дмитрий, которому не понравился шалый блеск в глазах парня. — Эти? — Он протянул пятидесятирублевую купюру, что дал ему недавний пассажир.

— Да нет, наш парень у тебя на заднем сиденье целый сверток с деньгами оставил.

Дмитрий оглянулся и действительно увидел какой-то белый бумажный сверток.

— Забирайте, — кивнул он, недоумевая, каким образом пассажир мог не взять сверток, если даже он выпал из его сумки.

— Извини, мы теперь посчитать должны, — виновато развел руками детина. — Не дай бог недостача, с нас три шкуры сдерут.

Дмитрий, сомневаясь в собственной трезвости, открыл заднюю дверцу. Ситуация окончательно перестала ему нравиться.

Детина влез в кабину, развернул сверток, начал считать деньги — доллары США — и вдруг нахмурился.

— Э-э, командир, тут не хватает двух «штук». Ты часом не фокусник? Упаковка вроде целая, а баксов нет.

Дмитрий понял, что нарвался на авторэкетиров, которых в последнее время развелось немерено. До этого он никогда не думал, что подобное может случиться и с ним.

— Вылезай, красавец, — с досадой сказал он, оборачиваясь, и увидел направленный в лицо ствол пистолета.

— Не дергайся, братан, — покачал головой детина, — мы люди понятливые, но до определенного предела. Гони две «штуки» обратно, и мы мирно разойдемся.

Из «БМВ» вылезли еще два мордоворота, стали с двух сторон булавинской «Хонды». Дмитрий оценивающе посмотрел на них, повернул голову к бандиту с пистолетом.

— А если я скажу, что не брал ваших «трудовых» «штук»?

— Не пойдет, — раздвинул в ухмылке бледные губы детина. — Если мы их не найдем тут у тебя, значит, ты их успел передать кому-то по дороге. Уж лучше добром отдай.

— Ясно, — вздохнул Дмитрий, усмехнулся с сожалением. — Ну и денек у меня с утра выдался, прямо отдых сердца. А если я сопротивляться начну, милицию звать?

— Не рекомендую, — снова ухмыльнулся детина. — Еще и срок получишь за кражу. Зачем тебе лишние хлопоты? Как говорится, лучше минуту побыть трусом, чем всю оставшуюся жизнь мертвецом.

— Резонно, — улыбнулся Дмитрий и особым приемом, вывернувшись винтом с сиденья, отобрал у бандита пистолет. Передернул затвор, направил ствол на ошалело разинувшего рот парня.

— Тихо! Я вас выслушал, теперь послушайте меня. Прикажи своим коллегам, чтобы не играли в ковбоев и отошли от машины, иначе я выстрелю первым.

Детина с любопытством посмотрел на спокойное лицо Булавина, открыл дверцу, не спуская глаз с пистолета (интересно, откуда у них девятимиллиметровый бельгийский «FN» модели «стандарт» с обоймой на четырнадцать патронов?) и негромко проговорил своим напарникам, схватившимся за оружие:

— Спокойно, ребята, ошибочка вышла. Садитесь в тачку, я сейчас.

— Пусть отъедут.

— Сдайте назад.

Одетые в темно-синие костюмы приятели бандита спрятали пистолеты, залезли в «БМВ». Машина отъехала назад, остановилась в десяти метрах.

— Извини, братан, — дружелюбно сказал детина, не выказывая особых признаков страха. — Ну просчитался я, деньги все на месте. Отдай пушку, и мы разойдемся как в море корабли.

— Выходи, корабль, — повел стволом Дмитрий.

— А пистолетик? Сделай нам мелкую радость, верни.

— Мелкие радости ведут к крупным неприятностям. — Дмитрий вынул обойму, спустил курок, протянул разряженный пистолет рэкетиру. — Деньги не забудь.