В кабинете Задонько зазвонил телефон. – Докладывает лейтенант Слипчук, – услышал полковник. – Наш объект приблизительно в одиннадцать часов встретился в Пушкинском парке с Яровым.

– Уверены, что с Яровым?

– У меня фотография Ярового и не мог перепутать. Они разговаривали минут двадцать. Потом объект сел в собственную «Самару» и возвратился домой на улицу Чекистов. Вышел через несколько минут с чемоданчиком. Отправился на Русановку, ехал быстро, но я не отстал. На лодочной станции взял шлюпку и посреди Русановского пролива утопил чемоданчик. Эта акция нами зафиксирована на фотопленку. Потом объект возвратился домой. Продолжаю наблюдение.

– Хорошо, лейтенант. Место, где утоплен чемодан, запомнили?

– А как же!

– Благодарю за службу. – Полковник положил трубку.

– Засуетились… – усмехнулся. – Но поздно.

Возвратившись домой, Леонид Александрович не почувствовал себя спокойно и за железной дверью. Снял пиджак, швырнул на кресло, налил полстакана коньяку и опорожнил его одним духом. Но не отпустило: на душе лежал камень, не покидало предчувствие опасности, хотя здравый смысл и подсказывал – признаки этой опасности преувеличены. Однако здравому смыслу противоречили внутренний голос и интуиция, а интуиция Ярового никогда не подводила. Ей доверял безоговорочно и часто принимал совсем неординарные решения, которые, на первый взгляд, были не в ладу с логикой. Но редко когда ошибался. И дельцы из его окружения день ото дня все больше изумлялись исключительной проницательности Леонида Александровича.

Взглянув на бутылку, Яровой хотел налить еще, но пересилил себя. Выжал в стакан целый лимон и выпил сок без сахара, даже не поморщившись. Это отрезвило его, Леонид Александрович растянулся на диване, глубоко задумавшись. Так он пролежал с полчаса, прислушиваясь к внутреннему голосу, потом позвонил по телефону.

– Племяш? – спросил. – Дуй ко мне. Некогда? Бросай все, жду тебя.

Бросил трубку, открыл чемодан, полный денег, отсчитал полтора миллиона и спрятал в дипломат. Покончив с этим, снова взялся за телефон:

– Банк «Инковест»? Как мне связаться с Иосифом Аркадьевичем? Как кто? Ваш клиент, глава фирмы «Эней» Иван Гаврилович Попадин. Господин Рутгайзер мне срочно нужен, речь идет о большом вкладе в ваш банк. Соединяете? Иосиф Аркадьевич, звонит Иван Гаврилович Попадин, глава фирмы «Эней». Я хотел бы положить в ваш уважаемый банк около миллиарда. Как смотрите на это? С удовольствием? Думаю, одним удовольствием не обойдетесь, такие суммы и нынче на дороге не валяются. Откуда деньги? Удивляете меня, Иосиф Аркадьевич. Наша фирма всегда отличалась добропорядочностью. Кстати, не падайте в обморок: миллиард – и весь наличными! Откуда? Операции с нефтью, уважаемый. Где же нынче берутся наличные? Бензин да солярка – всегда деньги. Будем в течение часа. Хотел бы приветствовать вас лично. Чао, уважаемый.

И положил трубку. Хотелось еще выпить, но снова запретил себе. Засмеялся тихо-тихо: знал бы господин Рутгайзер, откуда эти деньги. Из вашего же банка, уважаемый, перечисленные полтора месяца назад фирме «Канзас». Но это тайна за семью печатями и вам никогда не проникнуть в нее. Перебьетесь, господин Рутгайзер…

Иван не опоздал. Он всегда отличался оперативностью и пунктуальностью. Остановился на пороге, с любопытством поглядывая на дядю.

– Почему такая поспешность?

Леонид Александрович указал на два чемодана, стоявшие посреди гостиной.

– В них миллиард. Без малого.

– Всего миллиард? – пренебрежительно скривился Иван.

– Не паясничай, – оборвал племянника Яровой, – сейчас поедем в банк «Инковест» и внесем на счет твоей фирмы.

– Почему я удостоился такой чести? За какие-такие заслуги?

– Потому, что ты мой племянник. И потому, что я тебе доверяю. Со мной могут случиться неприятности. А деньги будут лежать на твоем счету.

– Неприятности?.. У вас?.. – не поверил Иван.

– Говорю: могут случиться… Может, и обойдется… На всякий случай.

– Так бы и сказали: на всякий случай… А откуда, дорогой дядя, такие деньги?

– Много знать будешь, раньше состаришься.

– Так-то оно так, но ведь интересно. Да и фирма «Эней» солидная!

– Чтоб не мучили сомнения, добавлю: будешь иметь, племяш, десять процентов.

– Аж сто миллионов!..

– Ну?..

– Согласен.

– Поедем в банк.

– Не боитесь? – кивнул на чемоданы Иван.

– Кто же знает, что в них? Везем грязное белье в прачечную, – похлопал ладонью по карману, – пистолет есть.

Иван подхватил один из чемоданов.

– Тяжелый, зараза.

– Это потому, что знаешь содержимое.

– Чистая психология, – согласился племянник.

– Я тебе, Иван, доверяю.

– А я это давно уже понял. Какую-то бумагу на деньги не хотите составить?

– Полагаюсь на твое слово. – Яровой знал преданность Ивана: он опекал племянника с детства и когда Иван решил пойти в бизнес, помог деньгами.

– В банке могут поинтересоваться, откуда столько наличности? – заметил Иван.