Грузины говорят, что по улыбке человека можно угадать, какое у него сердце. А Георгия товарищи привыкли на службе видеть улыбающимся.

Сколько раз грозила Георгию смертельная опасность! Сколько раз приходилось ему лицом к лицу встречаться с жестокими врагами — преступниками! Но сердце его не знало, что такое страх. Он улыбался, даже когда получал от злодеев письма, где те грозились с ним расправиться. Только улыбка становилась презрительной и жесткой.

Однажды, когда Джапаридзе ехал по шоссе на автомобиле, в него выстрелили из встречной машины. Стрелок промахнулся. Старший лейтенант быстро развернул свой «газик» и помчался в погоню за неизвестными злоумышленниками. Нагнав автомобиль, он опередил его, ловко поставил «газик» поперек дороги, выхватил оружие и выпрыгнул на шоссе. Преступники, ошеломленные внезапным появлением офицера, подняли руки вверх.

Но, вероятно, не об этом вспоминал Георгий, возвращаясь из отпуска на службу. Никогда не считал он геройством и подвигом то, что обязан был сделать по долгу своей милицейской службы. Наверное, думал он о друзьях, которые ждали его в Тианети, наверное, с нетерпением ждал минуты, когда снова можно будет приступить к любимой работе, без которой жизни себе не представлял.

Дорога петляла, поворот сменялся поворотом. И вдруг автобус резко затормозил. В тот же миг Георгий услышал выстрелы. Из лесной чащи на дорогу высыпали люди в масках, с ружьями в руках. Звякнуло выбитое пулей стекло. Заметались, испуганно закричали пассажиры. Заплакали малыши. А бандиты окружали машину.

Вот они, преступники, с которыми старшему лейтенанту Георгию Джапаридзе выпало встретиться последний раз в своей жизни. От него, единственного в автобусе вооруженного человека, зависела судьба женщин, стариков, детей.

— Всем лечь на пол! — приказал Георгий так громко и властно, что все сразу послушались.

Стрелять было трудно. Движения отважного милиционера стесняла узкая рама окна. А для грабителей автобус представлял открытую мишень. К тому же Георгию надо было беречь патроны.

Пулю за пулей расчетливо посылал Джапаридзе в бандитов, которые отстреливались, перебегая за деревьями. Надо было во что бы то ни стало протянуть время. Возможно, по дороге проедет какая-нибудь машина, появится подмога. Надо постараться ранить хотя бы одного грабителя, чтобы потом легче было его найти, а по его следам отыскать и остальных злоумышленников.

Улучив момент, когда бандит высунулся из-за дерева, Георгий выстрелил. Грабитель выронил из рук оружие. И в тот же миг Джапаридзе ощутил тупой, обжигающий, стеснивший дыхание удар в грудь. Но и падая, чувствуя, что сознание покидает его, он успел послать две последние пули вдогонку грабителям, которые уводили в лесную чащу своего раненого главаря.

Тихо стало в лесу. Едкий запах пороховой гари развеяло ветерком. Осторожно начали пробовать голоса приумолкшие, потревоженные выстрелами птицы. А люди в автобусе все еще молчали. Может быть, их оглушила внезапная тишина. А может быть, они еще не поняли, что человек в форме милиционера, защитивший их, уже мертв…

Так узнал я о подвиге старшего лейтенанта Георгия Джапаридзе. Каждый раз, проезжая мимо мраморного обелиска, останавливается здесь автобус, хотя поблизости нет ни одного селения. Такое правило завели сами пассажиры — все, кто ездил по горной дороге, теперь уже совсем безопасной.

Сколько же любви, сколько благодарности народной заключено в этом простом, неизвестно даже кем установленном обычае! Не умирают в памяти народной имена героев. И эта память — высшая награда за мужество и доблесть.

Но разве одна лишь доблесть руководила Георгием Джапаридзе, когда он отражал нападающих бандитов? Разве одной лишь отвагой и смелостью завоевала советская милиция уважение, любовь и доверие народа? Нет, не только. Милиция нашей страны служит своему народу верой и правдой, вступается за слабого, встает на защиту справедливости. Сердечность и доброта всегда отличали милиционеров Советской страны.

И отважному офицеру милиции Георгию Джапаридзе, посмертно награжденному за подвиг боевым орденом Красной Звезды, прибавила сил и смелости как раз та самая сердечность, забота о людях.

Но не только там, где надо было защитить человека от бандита, жулика или хулигана, помогали советским людям работники милиции. Они всегда были на посту, когда в борьбе с опасностью требовались смелость и доброта.

После гражданской войны, которая принесла с собой болезни, разруху, голод, в стране появилось немало беспризорных ребятишек. Кто потерял родителей на войне, кто — в голодные годы. Сколько таких ребят работники милиции спасли от студеной и голодной смерти! Скольким помогли найти в жизни верную дорогу!.. Иной раз силой приходилось вытаскивать из подвалов, из-под асфальтовых чанов, уводить с чердаков худых, изголодавшихся, продрогших ребят. И порой, ведя какого-нибудь трясущегося мальчонку в детский приемник, милиционер ласково успокаивал его, а то и вынимал из кармана скудный свой паек — осьмушку хлеба, кусочек сахару. Ешь, малыш, не бойся! Жизнь впереди прекрасная и дорога широкая. Человека из тебя сделает Советская власть…

Михаил Иванович Калинин не зря назвал милиционеров нашей страны зеркалом Советской власти. Советская власть сурово наказывала закоренелых врагов, но была добра к людям, которые лишь оступились на дороге жизни, могли вернуться к честной работе, к полезному для всего народа труду.

Какому судье, какому блюстителю порядка в капиталистическом государстве или в прежние времена в царской России пришло бы в голову разбираться, что за причины толкнули человека на преступление. Закон был один: за проступок — наказание. Но ведь человек не становится преступником с первого дня своего появления на свет. Одного искалечило неправильное воспитание, другого — чужая злая воля, третий нарушил общественный порядок просто по недомыслию.