Находясь перед самой калиткой, резко затормозил. Я был просто ошарашен видом автомобиля, стоящего около забора. Провалиться мне на месте, но это был Вовкин «Мерседес Вито». Я лично два года назад договаривался на счёт тюнинга этого микроавтобуса с одним моим знакомым, владельцем автосервиса. Находясь в полной прострации, я вошёл в калитку. Во дворе дома я стал свидетелем невероятной картины. Рядом с моей Любой стояли жёны Володи и Саши, а неподалёку играли с нашей собакой Марго маленькая моя дочурка и пацаны друзей. Я потерял дар речи от радости и некоторое время ничего не мог сказать жене, бросившейся меня обнимать. Я только гладил по её мягким светлым волосам и целовал их. А она, рыдала, повиснув у меня на шее, и всё причитала:

– Миша, да что же происходит? Уже две недели нет электричества! Никто ничего не знает! Папа неделю назад уехал в Серпухов и пропал! Продукты в магазин не завозят, если бы не наш запас, не знаю, чем бы мы кормили детей. Тут, как нарочно, Наташкин «мерс» сломался, не заводится, зараза, а местные ничего в таких автомобилях не понимают. Вон, даже сосед наш, Виктор Степанович, полдня с ним ковырялся, а завести не смог. Говорит, какой-то тумблер полетел, а его только в Москве можно купить. Вот так мы и сидим тут как клуши, не знаем, что в мире творится. Приёмник и телевизор не работают, сотовые не работают, даже проводной телефон в магазине молчит. Рейсовые автобусы, которые раньше ездили в соседнюю деревню, ходить перестали. Одним словом, ужас! Слава богу, ты появился!

Любашка оторвалась, наконец, от моей шеи и уже почти нормальным голосом, без истерического рыдания, спросила:

– Миш, а во что ты одет? Я тебе на рыбалку не клала никакого комбинезона. Да у нас такого и не было никогда!

Я уже справился с эмоциями, и, продолжая обнимать жену, но, обращаясь уже ко всем, окружившим меня женщинам, включая тёщу и ещё одну, незнакомую девушку, произнёс:

– Все рассказы потом! Сейчас нужно спешить! Девчонки, срочно хватайте детей, и бегом за мной. Тарелку летающую видели? Так вот, ею управляют Саня, Серёга и Володя. Обалдеют мужики, когда я с вами появлюсь!

Мои слова, произвели некоторое впечатление, по крайней мере, женщины притихли, но всё так и продолжали стоять, непонимающе глядя на меня.

Пришлось крикнуть погрубее:

– Ну, что рты раззявили! Говорю же, нужно спешить! Наташа, Таня, быстро с детьми за мной. Люб, дочку понесу сам, а ты собаку на поводок цепляй и тащи за нами!

Тут подала голос тёща – нашла время возмущаться:

– Да что это, куда это идти-то? У меня в печке борщ стоит! Пообедать надо, детей покормить, а уж потом и пойдём с тобой, куда скажешь!

– Валентина Сергеевна, да плевать нам на борщ, печку и прочую лабуду. Тут вопрос о жизни и смерти, а вы!.. Быстро за нами, через семь минут здесь настоящий ад начнётся!

Не обращая внимания на истеричное её кудахтанье, я повернулся, схватил, подошедшую ко мне и что-то лепечущую, дочурку, буквально забросил её на плечо, вцепился мертвой хваткой в руку жены и потащил их в сторону летающей тарелки. Я не видел, но прекрасно слышал, как остальные, огрызаясь мне в спину, похватали детей и побежали следом. Наша собака, радостно неслась за нами безо всякого поводка, и всю дорогу мне мешала, пытаясь лизнуть давно не игравшего с нею хозяина. Пришлось и на неё прикрикнуть, дав хорошего пенделя при этом.

Курсанты, сдерживающие толпу местных жителей, увидев нашу процессию, спешно освободили проход к трапу. Подойдя к нему, я остановился, опустил дочку на землю, а потом, обращаясь к двум курсантам, стоящим неподалёку, приказал:

– Полетаев, Первухин, помогите женщинам и детям быстро подняться на борт ковта. Первухин, проводишь их в командный модуль. Сам там не задерживайся. Понял, Юра, отведёшь и обратно. Скоро тут каждая пара рук будет на вес золота! Полетаев подождёт меня в отсеке первого уровня. Нам с тобой, Саня, снова придётся в Статис-камеру наведаться. Ребята будут загонять в портал домашних животных, а мы будем их принимать и размещать в подходящих местах. Люди-то сами, под воздействием излучения, займут положенные места, а с животными придётся помучиться.

Я только проследил за тем, как по трапу поднялись жена с дочкой, повернулся и направился к соседям по даче – Степанычу и его жене Светлане Юрьевне. Они не пытались, как остальные жители деревни, подойти поближе к курсантам, стоящим в оцеплении, а со стороны смотрели на летающую тарелку, активно что-то обсуждая. Я подошёл к ним, пожал руку Степанычу, кивнул его жене и безо всяких предисловий заявил:

– Виктор Степанович, карета подана, прошу на борт! Там я вам всё объясню, сейчас некогда! Единственное, что могу сказать – происходит срочная эвакуация, через пару минут окружающая местность будет подвергнута облучению. Если не хотите потом сутки мучиться, приходя в норму, тогда за мной.

Не мужик – кремень этот Степаныч. Не задавая вопросов, взял жену за руку и произнёс:

– Тогда пошли, Миша! Любопытно глянуть изнутри на эту экспериментальную конструкцию. Да… когда я был в деле, мы о таких даже и не мечтали!

Но, пока мы шли к трапу, Степаныч, всё-таки, не удержался и спросил:

– Слушай, Миш, ты же вроде коммерсант и не должен иметь дело с такой техникой? Неужели бросил-таки своё никчёмное дело и опять в армию?

Уже поднимаясь по трапу, я ответил: