— Конечно.

— А где ты теперь живешь?

— На Бронте. Место чудесное, квартира принадлежит одной девушке из «Бука». Знаешь модель по имени Дени?

— Полная сука, — небрежно произнесла Лулу. — Шучу. Никогда о ней не слышала. Бронте недалеко от меня. Но у меня машина в мастерской до завтрашнего вечера. Сможешь за мной заехать?

Макейди меньше всего хотелось услышать именно эти слова.

— У меня машина напрокат, но…

— Отлично! Заезжай за мной в полдень. До встречи, лапонька.

И в унисон ей Макейди произнесла:

— Хорошо, лапонька.

Макейди решила покончить с игрой в ожидание и сама позвонила в Центральное полицейское управление. Она не смогла найти фотографию, которая ее так напугала, поэтому решила не рассказывать о ней дежурному полицейскому. Втайне она рассчитывала, что ей повезет и удастся напасть на след неуловимого детектива Флинна.

Ответил женский голос:

— Полиция.

— Могу я поговорить с детективом Флинном?

— Извините, но его сейчас нет. Я могу соединить вас с детективом Кассиматисом, если вам будет угодно.

Проклятье.

Макейди заколебалась. Энди, конечно, придет в ярость, но у нее не было выбора, она сама была в ярости.

— Детектив Кассиматис.

— Здравствуйте. Я пытаюсь дозвониться до детектива Флинна.

— Его нет, — сказал Джимми. — Могу ли я вам чем-нибудь помочь, мисс…

— Это Макейди Вандеруолл. Вы ведь Джимми, я угадала? Вы работаете вместе?

— О… — Повисла долгая пауза. — Макейди, вы видели его сегодня?

— Нет. Я пытаюсь дозвониться ему вот уже пару дней.

Опять пауза.

— Ну, как я уже сказал, его сейчас нет. У вас что-то еще?

Она опешила от его грубости.

— Ээ… нет.

Он повесил трубку.

Он сидел на скамейке в парке напротив жилого квартала на Бонди, крепко сжав руки и устремив тоскливый взгляд на ее темное окно. Вот уже четыре часа он не видел никаких признаков ее присутствия в квартире. Никто из тех, кто мог бы вызвать у него интерес, не входил и не выходил из здания. Не было величавой красавицы-блондинки. Не было его Макейди. Он часами просиживал под окнами ее квартиры, вырываясь сюда во время пересменки на работе, и все впустую.

Неужели он потерял ее, и все из-за своей дурацкой работы?

Когда-то работа вызывала в нем душевный подъем. Но сейчас его занимало совсем другое.

Более важные вещи. И работа начинала мешать. Ему нужно было свободное время, чтобы он мог следовать за той, которая принадлежала ему по праву. Но он не мог оставить работу. Что скажет его мать? Разве мог он скрыть от нее такое?

Он сунул руку в карман, чтобы успокоиться. Острая твердь скальпеля, которую он нащупал сквозь нейлоновую ткань, вселяла в него уверенность. На город опускалась ночь, и он был готов; только вот ее нигде не было. Его приз улетучился. Он был так зол. Зол и разочарован. Он должен был исцелить ее от грехов. Так положено. Она — особенная. Но как он мог упустить ее?

Он похлопал себя по карману. Он обыщет все улицы, прочешет весь город, заглянет под каждый камешек.

Мы найдем ее. Не волнуйся, мы найдем ее.

В среду в полдень Макейди уже сигналила гудком под окнами дома, где жила Лулу. Она ждала в машине, вся в своих мыслях. На пассажирском сиденье валялся экземпляр скандального таблоида «Уикли ньюс». Постер первой страницы газеты был помещен в витрине киоска, и, когда она шла мимо, взгляд ее сразу упал на броский заголовок: ЗВЕРСКОЕ УБИЙСТВО ЗВЕЗДЫ «МЫЛЬНЫХ ОПЕР». В статье было множество ссылок на загадочные «информированные источники» и упоминался факт, что красавица модель Макейди Вандеруолл наткнулась на труп своей подруги Кэтрин Гербер всего за неделю до убийства Бекки…

Макейди представила себе, как убийца Кэтрин покупает пачку газет и прикалывает их к стенам своей квартиры, уже обвешанным другими заголовками вроде УБИЙСТВО МОДЕЛИ, или ОБНАРУЖЕН ТРУП В ТУФЛЕ НА ШПИЛЬКЕ. Она была рада хотя бы тому, что в статье нет ее фотографии. Из задумчивости ее вывело замаячившее впереди яркое пятно. Лулу величаво шествовала к машине, светясь улыбкой, в ярко-розовом мини-платье и в туфлях на платформе. Сумка была ядовито-зеленая, усыпанная маленькими золотистыми цветками, ногти накрашены таким же ярко-зеленым, в тон сумки, лаком с блестками, а светлые волосы были заколоты в замысловатый пучок, больше напоминавший гигантский гриб. Своим видом она почему-то напоминала вытянутую редиску с желтой ботвой. Рядом с ней даже Вивьен Вествуд выглядела бы консервативной.

Лулу плюхнулась на пассажирское сиденье, уже потом выудив из-под себя газету.

— Господи, куда ни посмотришь, везде она. Бедняжка! Послушай, — заметила она, оглядевшись. — Эта машинка не так уж плоха для дешевого проката.

— Возможно. Чего не скажешь о водителе.

— А что водитель? — Лулу выглядела озадаченной. — Ах да! Левостороннее движение. Ну и как ты себя ощущаешь?

— Хочешь сесть за руль?

— Нет. Я уверена, ты справишься. Давай поехали.