Пробежав глазами список, она вытянула губы:

— Не думаю, что это было бы Рональду по карману, даже если бы и хотелось.

— Рональд — это директор?

— Да. Откуда их украли?

— Да тут, с соседней улицы — с Баклю-плейс.

— Ну тогда их вряд ли понесли бы в ближайший магазин. Вы так не думаете?

Ребус улыбнулся.

— Логично, — сказал он. — Но я обязан проверить.

— Ну что ж, буду иметь в виду, — сказала она, складывая лист. Она сунула бумажку в ящик стола, а Ребус протянул руку и погладил кота. Кошачья лапа метнулась молнией, царапнула запястье Ребуса. Он отдернул руку, дыхание перехватило.

— Ах ты господи! — расстроилась девушка. — Распутин не любит чужих.

— Я уже понял, — сказал Ребус, разглядывая запястье со следами когтей — три полосы длиной в дюйм. Они уже набухали кровью, и капли проступали сквозь кожу. — Черт, — сказал он и приложился губами к царапинам.

Он сердито посмотрел на кота. Кот тоже недружелюбно поглядывал на него, потом спрыгнул со стола и исчез.

— Как он вас, не сильно?

— Не очень. Такого нужно на цепи держать.

Она улыбнулась:

— Вы что-нибудь знаете о вчерашнем рейде?

Ребус моргнул, продолжая высасывать кровь из царапины.

— Каком рейде?

— Я слышала, что полиция наехала на бордель.

— Правда?

— И что там поймали члена парламента Грегора Джека.

— Правда?

Она снова улыбнулась. «У слухов длинные ноги, — уже не в первый раз подумал Ребус. — Будто живем не в городе, а в паршивой деревушке».

— Просто я подумала, может, вам что-то об этом известно, — сказала она. — Ну, то есть правда ли это. То есть… — Она вздохнула. — Бедный, бедный Разорёха.

Теперь Ребус нахмурился.

— Это прозвище, — объяснила она. — Разорёха. Так его Рональд называет.

— Значит, ваш босс знаком с мистером Джеком?

— Да. Они вместе в школе учились. Разорёхе принадлежит половина всего этого. — Она обвела рукой помещение с таким видом, будто владела каким-нибудь крупным универмагом на Принсес-стрит, и сразу поняла, что не произвела на полицейского большого впечатления. — Главный бизнес делается за кулисами, — сказала девушка с вызовом. — Главные покупки и продажи. Кому-то может показаться, что это ерунда, но такой бизнес — настоящий золотой прииск.

Ребус кивнул.

— Вообще-то, — проговорил он, — раз уж вы сами об этом сказали, ваша лавка и впрямь смахивает на прииск — отвалы, завалы… — Теперь запястье у него жгло как крапивой. Чертов котяра. — Хорошо, имейте в виду эти книги, ладно?

Она не ответила — видать, обиделась. Она уже взяла со стола карандаш и снова принялась за книги. Ребус мысленно послал ее подальше, пошел к двери и шумно отер подошвы о коврик, прежде чем выйти на улицу. Кот уже вернулся на витрину в окне и теперь вылизывал себе хвост.

«И тебя туда же, приятель», — буркнул Ребус. Ох и не любил же он всех этих домашних любимцев!

У доктора Пейшенс Эйткен были домашние любимцы. Очень много любимцев. Крохотные тропические рыбки… ручной еж, который жил в конце сада… два волнистых попугайчика в клетке в гостиной… и, да, кот. Приблудный котяра, который, к облегчению Ребуса, бо`льшую часть времени по-прежнему предпочитал бродяжничать. Окрас у него был пестрый, и звали его Душка.

Душке Ребус нравился.

— Забавно, — сказала Пейшенс, — но кошки, похоже, всегда неравнодушны к тем, кто их не любит, кто старается от них держаться подальше и у кого на них аллергия. Не спрашивай почему.

Пока она говорила это, Душка путешествовал по плечам Ребуса. Тот рявкнул и стряхнул с себя кота, который приземлился на все четыре лапы.

— Терпение, Джон.

Да, она права. Если он потеряет терпение, то может потерять и Пейшенс. [8] Так что он старался. Старался. Может быть, именно потому он и попытался погладить Распутина. Надо же придумать — Распутин! Ну почему домашних любимцев называют либо Душка-Красавец-Крошка-Пятнышко, либо Распутин-Вельзевул-Клык-Нирвана-Бодхисаттва? Спросите у их хозяев.

Ребус сидел в «Резерфорде» за маленькой кружкой пива и смотрел телевизор — результаты футбольных матчей, когда вдруг вспомнил, что вечером его ждут на ужин в новом доме Брайана Холмса и Нелл Стэплтон. Он застонал. Потом вспомнил, что единственный чистый костюм висит в квартире у Пейшенс Эйткен. Это был тревожный сигнал. Он что, переселился к Пейшенс? В последнее время он, похоже, и правда проводит у нее черт знает сколько времени. Ну да, она ему нравится, хоть и относится к нему, как к одной из своих зверушек. И квартира ее ему нравится. Ему даже нравилось, что она в подвале.