Маттиас ошеломленно глядел на странных пришельцев, которые двигались, загромождая собой галерею. Эти громадины были окрашены в тусклый оливково-серый цвет и испещрены черными и бурыми пятнами, нарушавшими целостность их очертаний. Если бы не вся эта сбивающая с толку пестрота, губернатор быстрее бы понял, кто они такие. Но когда один из этих великанов поднял руку, чтобы перевалить через перила галереи жутковатую автопушку с вращающимся блоком стволов, Маттиас заметил закрепленный на покрытом броней плече древний каменный крест. Вот тут-то он и узнал космодесантников в закованных в броню гигантах, окружавших Цвейга.

Хронометр, который вертел в руках Цвейг, на самом деле был сигнальным маяком. Космодесантники зафиксировали его местоположение и телепортировались в зал совета. В цели их визита не было сомнений: по неизвестной причине вольный торговец привел к лидерам Вульскуса смерть.

В зале воцарилась тишина, когда члены совета заметили пятерых гигантов, возвышавшихся над ними на галерее. Все присутствующие тотчас забыли о своих спорах и распрях, увидев как смерть разинула над ними свою пасть. Одни вопили от ужаса, другие, упав на колени, молили о пощаде, третьи, изобразив знак аквилы, взывали к Императору Человечества. Но, что бы они ни делали, конец их был предрешен. Приносящие Войну в тяжелых терминаторских доспехах открыли по съежившимся от страха заседателям одновременный огонь. Пять штурмовых орудий выпустили в вопящих людей, разрывая их тела, словно гнилые фрукты.

В считанные секунды роскошный зал заседаний превратился в бойню.

Изо Примарис огласил вой сирен. Над каждым кварталом в небо поднимались клубы дыма, покрывая черной копотью багряные сумерки. Аварийные бульдозеры проталкивались по улицам сквозь поток вечернего транспорта с одной лишь целью — добраться до пораженных районов города. Такую резкую реакцию не вызвали бы ни промышленные аварии, ни поджоги в трущобах, ни даже пожар в пышной резиденции кого-то из членов гильдии. Взрывы мелта-бомб, прогремевшие на оборонительных батареях, в мгновение ока вывели из строя все пять мощных крепостей.

В городе продолжали греметь взрывы, даже когда аварийные бульдозеры уже проламывали себе путь сквозь переполненные улицы, расшвыривая в стороны грузовики и пассажирский транспорт, словно скошенную траву. Освещение погасло, и над столицей нависла зловещая тьма. Огненный столб, поднимающийся из сердца разрушенной метрополии — это все, что теперь осталось от центральной электростанции Изо Примариса. Техножрецы на подстанциях даже не стали пытаться переводить энергообеспечение города на резервные батареи, поскольку на эту работу им потребовалось бы несколько часов, а также разрешение вышестоящих лиц.

Но все предшествующие взрывы казались ничем по сравнению с взрывом, разрушившим узел связи. Над городом поднялось облако ядовитого дыма, возвещавшее о наступлении тишины на планете, в радиусе полутора километров потрескались пласталевые окна. Башня связи, служащая психическим усилиям астропатов планеты, только что представляла собой возвышавшийся на полкилометра небоскреб из феррокрита и упрочненного армапласта, который топорщил к небу свои спутниковые ретрансляторы и частотные передатчики. Губернатор Маттиас, обеспокоенный собственной безопасностью и сохранением власти, провел через эту башню все коммуникации Вульскуса, чтобы его частная полиция могла проверять каждое сообщение на предмет недовольства и подстрекательства.

Теперь гигантская башня рухнула, превращенная в руины одновременным взрывом семи мелта-бомб, заложенных в подвале. После гибели узла связи на Вульскусе умолкли все вокс-передатчики — все, за исключением настроенных на другую частоту. На которой вещал мрачный корабль, вращавшийся по орбите вокруг планеты.

На территории Изо Примариса размещались три части СПО, две казармы пехоты и танковая бригада. Несмотря на молчание вокс-передатчиков и невозможность связаться с центральным командованием, солдаты планетарной обороны Вульскуса не теряли времени даром. Они доставили со складов лазганы и бронежилеты и быстро организовались в роты и полки.

Поспешным приготовлениям солдат в двух пехотных казармах ничто не помешало. Но танковой бригаде не повезло. Навестивший их десантник-скаут не стал закладывать в штабе мелта-бомбы или пытаться вывести из строя пятьдесят танков «Леман Русс», размещенных в гаражах базы. То, что он сделал, было куда более смертоносным.

Когда танкисты СПО занимали места по машинам, в центре двора вспыхнул яркий свет. Переживший кровавую расправу в зале заседаний, узнал бы эту вспышку и, возможно, успел бы крикнуть, предупреждая о внезапном появлении громадных бронированных фигур. По сигналу маяка с орбитальной боевой баржи с безошибочной точностью телепортировались у своей цели еще пять терминаторов.

Оливково-серые гиганты открыли по танкистам стрельбу, разрывая солдат на куски сосредоточенным огнем штурмболтеров. Один из космодесантников, чей громоздкий доспех казался еще шире из-за пристегнутого к плечам короба с боекомплектом, выбрал своей целью сами танки. Дюжина бронебойных крак-ракет, с визгом вырвавшихся из циклонной ракетной установки устремилась к танкам СПО. С танками произошло то же самое, что и с ошеломленными танкистами, попавшими под огонь штурмболтеров. При попадании ракет усиленная броня сминалась словно фольга, когда боеголовки пробивали корпуса, прежде чем взорваться. Эффект был как от взрыва плазменной гранаты в стальной банке. Танки потрошило взрывами изнутри.