Борговда пристально всматривался в висящий овал объекта, его глаза превратились в узкие щелочки. Теперь саркофаг висел на пяти туго натянутых тросах, шестой же просто болтался в воздухе. Конструкция вновь накренилась, теперь это можно было заметить невооруженным взглядом. Было очевидно, что возмущения вызывает какая-то внутренняя сила.

— Опустите его на землю! — рявкнул Борговда в микрофон. — Только осторожно. Не повредите его!

Следуя приказу, операторы стали раскручивать тросы, но груз вновь резко дернулся, на этот раз сильнее прежнего. Еще две мощные машины превратились в металлолом. Оставшиеся три троса лопнули, и саркофаг с грохотом рухнул на землю. Волна от удара разбросала близстоящих рабов и прислужников.

Борговда со всех ног побежал к упавшему саркофагу, чувствуя, что воины Караула Смерти следуют за ним по пятам. Знал ли инквизитор о том, что подобное могло случиться? И не поэтому ли он прислал сюда своих ангелов смерти?

Даже на расстоянии в добрых сто двадцать метров, даже сквозь плотную завесу из пыли и песка, поднявшихся в воздух от удара, Борговда видел странные красные огни на обширной поверхности реликта. Они то загорались, то потухали, словно предупредительные сигналы. Внезапно к магосу пришло понимание, что так оно и есть. Какой бы колоссальной ни была разница между людьми и ксеносами, это послание могло значить только одно.

Опасность!

Раздался оглушительно громкий звук, похожий на треск ломающегося дерева.

Внезапно один из космодесантников зарычал от боли и упал на колени, обхватив шлем обеими руками, одетыми в латные перчатки. Другой Астартес, из Имперских Кулаков, мгновенно оказался рядом со своим упавшим командиром.

— В чем дело, Сколар? Что случилось?

Тот, кого звали Каррас, заговорил сквозь боль, жгучую и нестерпимую. Его слова были буквально пропитаны ею.

— Психический маяк! — процедил он сквозь сжатые зубы. — Где-то здесь заработал психический маяк. Его сила…

Он закричал, когда еще одна волна боли захлестнула его. Борговда боялся даже представить, какие страдания сейчас испытывает воин.

Другой боец отряда, с ухмыляющимся черепом демона на наплечнике, вышел вперед и внезапно приставил взведенный болтер к голове командира.

Гвардеец Ворона двигался молниеносно. Он подскочил к Экзорцисту, неуловимым движением руки схватил ствол болтера и оттолкнул его.

— Что ты, черт возьми, делаешь, Страж? — бросил Зиид. — Хватит!

Раут бросил на Зиида пронзительный взгляд, но все-таки отвел оружие в сторону. Палец со спускового крючка, однако, он не убрал.

— Сколар, — позвал командира Восс. — Ты сможешь с этим справиться? Сможешь бороться дальше?

Дух Смерти с трудом поднялся на ноги, но было видно, что в бою ему придется туго.

— Никогда не чувствовал ничего подобного, — прошипел он. — Это необходимо прекратить. Оно заглушает мой… дар, — Каррас повернулся к Борговде. — Во имя Императора, магос, что здесь происходит?

— Дар? — едва слышно фыркнул Раут.

Борговда ответил, не отводя взгляда своих черных глаз от громадины саркофага. Он лежал на расстоянии двадцати метров от края шахты и безостановочно раскачивался, словно внутри него было нечто живое.

— Ушедшие… — проговорил он. — Должно быть, они оставили что-то вроде сигнала тревоги на случай, если произойдет нечто… непредвиденное. И мы только что его активировали.

— Что произойдет? — потребовал объяснений Игнацио Соларион. Ультрамарин повернулся к крохотному техножрецу. — Отвечай!

Вновь раздался громоподобный треск. Борговда взглянул за спину Солариона и увидел, что костяная поверхность саркофага словно взорвалась изнутри, ее куски разлетелись во все стороны. В открывшихся дырах можно было заметить нечто темное и большое. Оно ворочалось и извивалось, отчаянно пытаясь выбраться на свободу.

Техножрец замер, как вкопанный.

— Я задал тебе вопрос! — зарычал Соларион. Он с трудом сдерживал себя, чтобы с размаху не ударить магоса. — О чем их должен был предупредить маяк?

— Об этом, — ответил Борговда. Внутри него страх смешался с эйфорией. — О том, что оно… чем бы оно ни было… вырвалось из заточения.

— Они бросили его живым? — спросил Восс, став между Соларионом и Борговдой. Свой тяжелый болтер он держал наготове.

Внезапно все встало на свои места. Магос наконец дочитал письмена, выгравированные на поверхности саркофага. Цельная картина сложилась у него в голове, и он все понял.

— Они закопали его, — ответил он космодесантникам, — потому что не смогли убить.