Вместо обычной синей мантии на нем были какие-то непонятные сапоги и камзол.

На лице же его отчётливо читалось беспокойство:

– Ты ранена? Что-то стряслось?

Клиа негромко засмеялась:

– Ничего столь ужасного. У нас есть кое-что для Вас.

* * *

Голова Теро слегка кружилась. Но дело было даже не в заклинании перемещения. Этого вызова он ждал долгие месяцы. Но к тому моменту, когда он вышел на освещенное место, он уже справился с лёгким замешательством, в которое его поверг тот факт, что Клиа оказалась не одна. Теперь он был гораздо больше обеспокоен её худобой и измождённым видом.

– Спасибо, что не заставили себя ждать, — поприветствовала его Клиа.

– Что, была ещё одна попытка покушения на Вашу жизнь?

– Нет, — она протянула ему два клочка мятого пергамента.

– Ниал видел, как один из конников Даноса вскрыл это письмо и вложил внутрь вот это, поменьше, написанное шифром. Ему удалось выкрасть их для меня.

Теро забрал у Клиа листки, затем, щёлкнув пальцами, зажёг наполовину расплавленную свечку на каминной плите над очагом.

– Хммм… это плохо.

– И это неправда, Теро. Я в жизни не грабила сама, и моим конникам также запрещено делать это. Всё захваченное золото отправляется к королеве.

– Ни секунды не сомневался в этом, Ваше Высочество.

– Мы думаем, что шифровку, судя по всему, писал не Данос, — сообщила ему Бека.

– Если судить по почерку, то я склонен с вами согласиться, но лучше всё же удостовериться в этом.

Он положил шифровку на край кухонного стола и сжал между ладонями письмо, написанное Даносом. Перед его мысленным взором понеслись образы: вот коза, с которой сдирают шкуру, человек, выскабливающий и растягивающий кожу, ещё несколько человек, которые использовали до Даноса этот самый кусок пергамента. Из последнего он сделал заключение, что пергамент был не слишком-то тщательно очищен от предыдущего письма, и его строчки всё ещё проступали под строчками Даноса, написанными с хорошим нажимом. И, наконец, он увидел самого Даноса. Письмо было вполне себе невинным: обычные подробности осады, которая непременно заставит пасть этот город, приветы родственникам и друзьям, и Принцессе Элани.

Снова обратившись к шифровке, он использовал это же заклинание, давшее примерно такие же результаты, за исключением личности последнего писавшего, который не был похож на того, о ком ему рассказывали, но оказался юным солдатом, в котором Бека опознала Капрала Кайма.

– Похоже, мы подозревали не того человека, — сказала Миррини.

– Возможно, — ответила Клиа. — Если только Данос не в курсе того, что делает Кайм, — она запнулась и покачала головой:- Неужели народ и впрямь так уверен, что я — узурпатор?

Голос её был таким усталым, что не будь здесь посторонних, Теро отважился бы заключить её в свои объятья.

Словно прочитав его мысли, она сказала своим людям:

– Побудьте, пожалуйста, снаружи. Я скоро.

Когда они остались вдвоём, Клиа подошла к окну. Багровый отсвет костров в разбитом стекле заплясал на её строгом лице, придавая чертам сходство с маской.

– Тебе ведь не довелось стать дознавателем, верно?

– Боюсь, что так. Но я знаю заклинание, которое тоже может помочь нам. И лучше сделать это прямо здесь. И, если только возможно сделать это не слишком привлекая внимание, привести бы сюда Даноса и этого парнишку, Кайма, тогда было бы совсем хорошо.

Клиа вымученно улыбнулась:

– Уверена, что Миррини-умница обязательно что-нибудь придумает.

Клиа вышла отдать нужные приказы.

Теро, оставшийся возле окна, вскоре услышал возмущённый голос Миррини:

– Я не оставлю тебя здесь без вооружённой охраны! Одному Сакору известно, сколько ещё пленимарских головорезов рыскает по округе!

– Сомневаюсь, что кто-то из них способен справиться с Теро, — ответила Клиа, и маг почувствовал внутри лёгкий прилив приятного тепла.

Далее разговор пошёл вполголоса, но Теро сумел справиться с искушением воспользоваться магическим слухом, чтобы узнать, что же ещё они там говорили.

Впрочем, когда Клиа возвратилась, она улыбалась, хоть и не слишком весело:

– Миррини порой слишком уж перестраховывается.

Не давая себе времени на то, чтобы прочесть её мысли дальше, он сказал:

– Я рад, что она такая. Было так тяжко, зная, как ты далеко, и что ты постоянно подвергаешь себя опасности.

Улыбка Клиа стала чуть мягче:

– И ты туда же?

Сердце Теро заколотилось чуть быстрее, чем нужно.

Как всегда, все слова, что он хотел ей сказать, засели где-то глубоко в горле и никак не шли.

– Я переживаю, — наконец, сумел выдавить он. — Это… непросто. Когда я был твоим магом в Ауреннене, я отвечал за тебя.

Она слегка качнула головой:

– И это всё, чем я была для тебя?

– Нет-нет! Никогда.

И вот опять — все те слова, что ему было так необходимо ей высказать, застряли, до боли сжавшись под ложечкой!