Она вопросительно взглянула сначала на него, а затем на клейкое лакомство на конце палочки.

— Я должна это съесть?

— Вам понравится.

— Сомневаюсь.

Тогда он снял подрумяненный зефир с палочки и засунул ей в рот. Тори засмеялась. Было вкусно. Снаружи — хрустящая корочка, внутри — сладкая сливочная мякоть. Детское угощение.

— Где Карл? — спросил он, оглядевшись по сторонам.

Она должна быть крайне осторожной. Он подозревает, что она обманщица, и если бы он знал, кто ее отец, вероятно, окончательно утвердился бы в этом мнении.

— Понятия не имею.

Марк пристально на нее посмотрел и покачал головой. Ей вдруг сделалось холодно и неуютно.

— Уйдем отсюда, — тихо сказал он.

Внутри у нее все сжалось.

— Вы и я?

— Да. — В сумерках его глаза блестели. — Я хочу поговорить с вами. Наедине.

Закусив губу, она быстро соображала, как ей поступить. У нее нет времени на разговоры, у нее свой собственный план действий, и она совсем не хочет, чтобы он ходил за ней следом.

Первое, что она хотела сделать, — это проникнуть в дом, где жила ребенком. В тот самый дом с красной черепичной крышей. Там она все осмотрит. К счастью, Джимми в нем не жил, и дом выглядел пустым. Кажется, там не жили много лет. Это ей на руку. Значит, можно найти что-нибудь, что оживит память или подскажет ее воображению что-то такое, что наведет на след, хотя она и не знает на какой.

— Думаю, не стоит, — сказала она и отвернулась. — Люди заметят.

— Почему вас это волнует?

— Потому что я соблюдаю приличия, Марк. И хочу, чтобы люди это видели. Возможно, вам все равно, а мне — нет.

Какие удивительные мысли приходят ей в голову!

— И еще кое-что, — сказала она. — Посмотрите мне в глаза. Разве по моим глазам видно, что я вами увлечена?

Он пристально на нее посмотрел, потом покачал головой с таким видом, будто она сморозила глупость.

— О’кей, — сказал он. — Понял. Я был не прав. Вы ко мне равнодушны. Я в состоянии с этим смириться.

Она смерила его сердитым взглядом.

— Хорошо. Потому что я в вас не влюблена. И не ждите.

Он усмехнулся:

— Ладно. Простите, что я вообще об этом заговорил.

— О’кей. — Она с облегчением выдохнула.

А он продолжал насмешливо на нее смотреть.

— Но вы все равно не замужем за Карлом. Разве не так?

Она тряхнула головой, от чего волосы разметались по ее плечам, ничего ему не ответила и стала смотреть на огонь. А когда оглянулась, он уже ушел.

Но он ушел не далеко. Каждый нерв в его теле был напряжен, предупреждая о том, что здесь что-то происходит. Что конкретно, он не знал, но намерен выяснить. Замешана ли в этом Тори? Несомненно. Он был одновременно озадачен и раздражен. Что-то, связанное с ней, не давало ему покоя — взгляд так и тянулся к ней, воскрешая что-то забытое и похороненное в памяти. То, что обычно запихиваешь не в тот ящик. И это «что-то» не поддается точному определению. Почему она выглядит такой знакомой?

И где, черт бы его побрал, Карл? Надо бы его поискать, но тогда исчезнет Тори. Лучше остаться и не спускать с нее глаз.

Тори разговаривала с техасцем и смеялась чему-то, что тот сказал, но ее взгляд быстро переместился в его сторону. Что он увидел на ее лице? Вызов? Гнев? Он не мог разобрать, но это лишь разожгло его интерес. Она собирается что-то предпринять, и он хочет знать, что у нее на уме.

Но ночь еще не наступила, и у Мардж было полно развлечений для гостей.

— Внимание! — крикнула она, подзывая всех сесть вокруг костра. — Джимми принесет еще дров, и мы будем рассказывать истории.

— О привидениях? — с опаской поинтересовалась Лайла.

— Нет, — засмеялась Мардж. — Я предлагаю каждому из вас рассказать о Шангри-Ла и что бы вы сделали для изменения поместья по своему вкусу, в соответствии с вашей мечтой.

Тори не сдержала улыбку. А Мардж, оказывается, умелый коммерсант. Тори посмотрела туда, где стоял Марк с банкой пива в руке — вид у него был настороженный.

Мардж старалась оживить вечеринку.

— Высказывайтесь. Не стесняйтесь. Подумайте о тех возможностях, которые открываются здесь. — Она посмотрела на повернувшиеся к ней лица. — Лайла, начинайте.

Лайла мечтательно улыбнулась:

— Я устроила бы развлекательный центр, установила бы сцену для театральных представлений. Люди приезжали бы сюда из Сан-Франциско и из Лос-Анджелеса.

— Если повезет, — фыркнул техасец. — Ехать слишком далеко. На шоу клюнет не больше десяти человек.

Лайла изящно повела плечами:

— Это для начала. Но мы будем расширяться. О нас станут говорить…

— А вот мой план, — поспешила вступить в разговор Фибе. — Я бы хотела устроить духовное пристанище для наших друзей. Некоторые из них работают в шоу-бизнесе, некоторые — политики. Они могли бы приезжать сюда и отдыхать на природе. Прямо здесь я бы построила бассейн с морской водой, с водопадом и свисающими виноградными лозами. А вокруг бассейна — греческие статуи.

— Вроде замка Херста[3].

— Да. Я в восторге от замка Херста.

— Если вы так же богаты, как Херст, — сказал техасец. — Иначе лучше не залетать так высоко. Это мечты.

— Человеку свойственно мечтать, — высокопарно произнес Андрос. — У нас с Ниной тоже есть мечта. Мы бы преобразовали это место в первоклассный курорт для средиземноморских клиентов. Главное — наш ресторан. Мы создадим самый лучший греческий ресторан во всем мире, где будут подавать старомодный клубный ужин. А дом перестроим под отель…