– Не спалит, – заверил меня Акын. – Тут Крокодил от Комаля подогнал мне перископ. Ну знаешь, такая армейская стереотрубка. Вот я ее здесь закрепил, а сам болтаюсь на альпинистской обвязке ниже окна. Так что хрен кто заметит.

– Хорошо, – удовлетворенно выдохнул я. – Гляди, чтоб не блеснуло солнце в окулярах твоего перископа… Артиллерист-разведчик.

– Ка-а-акое солнце? – развеселился Айрат. – Ты сегодня хоть выглядывал за окно? Дождина на улице. Лучше скажи мне, разговаривал вчера с Тверью? Звонил тебе Дачник?

– Все – зашибись. Спасибо, Акын. Местные пацаны уже знают адрес, где осели мои любезные родственнички. Теперь дело за малым. Братва справится с этим, я в этом уверен. Слушай, – не смог я удержаться от этого вопроса, – а как внешне выглядит Дачник?

– А-а-а, – проявил прозорливость Айрат. – Понравился его голосок? Сам Витек ему соответствует – этакая горилла под два метра росту. С рожей Кинг-Конга. В темном переулке встретишь – не возрадуешься.

«Что ж, я не ошибся, – подумал я. – Готовьтесь, любимая женушка Ангелина и дорогой брат Леонид, к встрече с Кинг-Конгом и его стаей. А потом на закуску, может быть, и со мной. А может, и нет. Там будет видно. Возможно, что мне уже не останется, с кем встречаться. Короче, все определят обстоятельства».

До обеда я успел перелопатить еще целую гору дел. Отправил на рынок Конфетку – она вернулась оттуда, нагруженная двумя пакетами, и обосновалась на кухне, наполнив квартиру ароматами чего-то, кажется, весьма аппетитного. Потом позвонил Электронику и был обрадован сообщением о том, что система защиты хопинского компьютера элементарна, и Эл уже заканчивает составление программы, которая должна распаролить этот компьютер менее чем за сутки.

– Молодец. Дерзай, Игорь, дальше, – похвалил я Электроника. – От твоих успехов сейчас зависит очень многое.

А уже через пятнадцать минут отчитывался перед дозвонившемся до меня Артемом Стилетом.

– Вчера весь день не мог застать тебя дома, – первым делом пожаловался он. – Где болтался-то?

– В Александровской. Разглядывал хопинский замок. Выбрал удобный наблюдательный пункт. Сейчас там уже мои люди, следят за коттеджем, собирают информацию об образе жизни нашего подопечного.

– Не засветятся? – сразу забеспокоился Стилет. – У этого Хопина вроде бы опытная охрана.

– Не засветятся, – успокоил я положенца. – Об этом заботимся в первую очередь. Кстати, еще один пацан, хакер, пробует взломать защиту хопинского компьютера. Быть может, удастся что-то надыбать оттуда. Вот, в общем, те два направления, по которым сейчас ведется работа.

– Понятно, – буркнул Стилет. – А все-таки, Знахарь, постарайся не затягивать с этим чмошником. Мы каждый день теряем из-за него круглую сумму. И еще одно. Через пару часов дома будешь?

Я ненадолго задумался и в конце концов решил, что вроде бы никуда в ближайшее время не собираюсь.

– Буду.

– Отлично. Тогда дождись Вову Большого. Ты его помнишь, он встречал тебя на вокзале. Перешлю с ним немного хрустов, а то ведь тебе самому, похоже, просить западно. Сдохнешь так с голодухи со своей скромностью, – хихикнул Стилет, – кто тогда будет мочить Аркадий Андреича? И еще, чтобы не было больше, как вчера, когда до тебя не дозвониться, Вова подгонит тебе сотовый телефон. Пользуйся на здоровье.

– Спасибо, Артем, – смущенно пробормотал я.

А он лишь расхохотался в ответ:

– Твое спасибо, Знахарь, будет тогда, когда завалишь нашего приятеля Хопина… Ну, бывай. Держи меня в курсе. И не стесняйся, сразу звони, если что-то понадобится. Да и я, братишка, буду позванивать. Удачи.

Стилет отключился, а я сразу же обзвонил Акына, Мишу Ворсистого, Катерину и Серегу Гроба. Забил всем четверым стрелу у себя дома примерно через четыре часа и, весьма довольный собой, отправился на кухню выяснять, чем же это так вкусно пахнет на всю квартиру.

Конфетка в неизвестно откуда извлеченном нарядном передничке возилась возле плиты, помешивая в маленькой эмалированной кастрюльке деревянной лопаточкой какую-то подливку. В духовке что-то активно шипело, и именно оттуда и распространялись аппетитные ароматы.

Я подошел к Свете сзади, крепко обнял ее, прижал к себе и уткнулся лицом в ее точеную шейку. Провел губами по щеке, чуть сдвинул в сторону густые черные волосы и слегка прикусил мочку маленького аккуратного уха со скромной золотой сережкой в виде сердечка. Конфетка замерла, обратилась прямо-таки в недвижимую статую. Я отчетливо ощущал, как окаменели все ее мышцы. Но она даже не попыталась от меня отстраниться. Лишь сумела с трудом выдавить из себя срывающимся шепотом:

– Ну и… зачем… ты это… делаешь?.. Прекрати… Слышишь?.. Дени-и-ис…

– Я хочу тебя, Света, – непроизвольно вырвалось у меня. – Ты очень мне нравишься. Это серьезно. Это не пустые слова.

Она вздрогнула и, приложив немалые усилия, сумела развернуться в моих крепких объятиях лицом к лицу со мной. Глаза зажмурены, губы слегка приоткрыты. Я чуть наклонился и запечатлел на них долгий и осторожный поцелуй. И она охотно ответила мне. И затряслась всем своим худеньким телом. И задохнулась, не в силах наладить сбившееся дыхание, втянуть в себя хоть немного воздуха.