– Дьявол! – выкрикнул дядя, перелезая через забор. – Дьявол. Эта тварь вышла на охоту.

Я тоже полез через забор. В висках стучали тысячи молоточков. В голове крутились сотни мыслей. Впереди меня ждала неизвестность. Еще никогда мне не доводилось видеть такое, а тем более устраивать на подобного зверя охоту.

– Скорее! – торопил дядя. – Скорее! Сейчас корову убьет!

Я мчался к хлеву что было сил. Внезапно дядя остановился. По инерции я налетел на него.

– В чем дело?

Дядя указал ружьем вперед.

У входа в хлев отчаянно ревела корова. Она лежала на земле на боку и, главное, была жива. Корова пыталась встать, но у нее не получалось – на ней сидело чудовище, по размерам раз в десять меньше, чем она.

Каким образом корова оказалась у входа, а не в стойле – загадка.

Дождь закончился так же внезапно, как и начался. Из-за тучи выглянула луна и в полном объеме осветила жуткое зрелище.

Корова мычала, как труба, поднимала голову, но не могла понять, что происходит, что ее придавливает к земле.

А мы знали. А мы видели.

Без лишних слов дядя вновь прицелился в чудовище. Зверь замер. Посмотрел на нас своими леденящими душу глазами-бусинками. И в следующий момент я ощутил удар. Сильный удар. На меня что-то прыгнуло спереди и свалило с ног. Больно ударившись головой о какую-то палку, я упал на размытую дождем землю и почувствовал страшное давление на грудь. Я не мог вздохнуть – настолько тяжелым было существо, – а именно оно сидело на мне, – не говоря уже о том, чтобы сбросить его с себя.

Мне показалось (и на то были все основания), что дни мои сочтены.

Мне смотрели в глаза глазки-бусинки. Я слышал приглушенное урчание. Ощущал на своем лице горячее дыхание существа. И вот странный зверь приподнял верхнюю губу, обнажая два острых и длинных, как кинжалы, клыка…

Мой разум помутился. Я откинул голову на землю.

Мне конец. Точно конец. Это меня убьет.

И точно убило бы, если бы дядя не выстрелил. Выстрел отбросил существо к ограде. Оно перекувырнулось через меня, задев мое лицо острыми когтями, и упало в грязь.

У меня не было сил подняться. Все происходящее казалось страшным сном. Вот только он никак не желал заканчиваться.

Зато нашлись силы повернуть голову и посмотреть на существо. Оно лежало в грязи несколько секунд – не больше, а потом вскочило и, прихрамывая на заднюю лапу, перепрыгнуло через забор.

Больше в ту ночь я его не видел.

После того как раненое существо убежало, мы с дядей, не сговариваясь, направились к машине, достали аптечку и приняли успокоительное.

– Тварь, – сказал дядя. – Вот тварь. Она снова появилась.

– Снова? Значит, ты знаешь, что это за мутант? Он умеет увеличиваться в размерах по желанию? Что это? Ты знаешь?

Взгляд дяди устремился вдаль.

– Знаю, – произнес он. – Но ничего тебе не расскажу. Даже не проси. Знать об этой твари – плохо. О ней нельзя даже думать. Извини.

Дядя спрятал аптечку и направился к дому.

О нашей охоте на охотника тете мы не сказали.

Дядя избегал разговора о твари. Вечно говорил: "Даже не проси", – и как только я возникал у него на пути с целью узнать о существе, он отодвигал меня в сторону и шел своей дорогой.

Я задумался. Крепко задумался. Вспоминал существо до мельчайших подробностей, думал о нем целыми днями. В конце концов стало казаться, что тогда мне все почудилось и на самом деле я всю ночь провел в кровати, а существо приснилось. Я даже повеселел. И был весел до тех пор, пока не увидел чудовище снова.

Кажется, это был четверг. Ко мне пришла Нина и сказала:

– Чего сидишь скучаешь?

– А что тут еще делать?

Глаза Нины загорелись:

– Я могу показать тебе окопы!

– Окопы?

– Ну да. Здесь неподалеку, если рощу перейти, то можно выйти на окопы, которые в годы войны вырыли. Я как-то раз с собой взяла лопату (археологом решила поработать) и, не поверишь, несколько раз копнула, и наткнулась на что-то железное. Лопату бросила, стала руками копать, и вырыла, знаешь что?