И действительно, приближаясь к замку, молчаливый и хмурый Брезил поводил ушами, нюхал воздух и щетинился, словно готовясь к схватке.

– Видите, генерал, – сказал Сальватор. – Обещаю вам, что если гувернантка еще в замке, в погребе или на чердаке, мы ее отыщем, где бы она ни спряталась. Входим, генерал!

Войти в замок не составляло никакого труда. Выходя прогуляться в парк, Мина оставила дверь открытой. Но, как мы уже сказали, здание освещалось только светом луны.

Сальватор извлек из кармана маленький фонарик и зажег его.

Посреди прихожей Брезил вертелся волчком, словно проверяя находившиеся там вещи и узнавая обстановку. Потом вдруг, словно решившись на что-то, уперся головой в маленькую дверцу, которая, казалось, вела в подвал здания.

Сальватор открыл эту дверцу.

Брезил устремился в темный коридор, спустился по находившейся в конце его лесенке из шести или восьми ступеней в погреб. Там он испустил такой протяжный вопль, который заставил вздрогнуть Сальватора и генерала. А сделать это было не так-то легко.

– В чем дело, Брезил? – спросил Сальватор. – Не здесь ли, случайно, Рождественская Роза?..

Пес, словно поняв вопрос хозяина, снова бросился вперед и скрылся в темноте.

– Куда он ушел? – спросил генерал.

– Не знаю, – ответил Сальватор.

– Не пойти ли нам за ним?

– Не стоит. Если бы он хотел, чтобы мы шли за ним, он повернул бы голову в мою сторону и сделал бы знак следовать за ним. Но он этого знака не подал. Поэтому мы должны ждать его здесь.

Ждать Сальватору и генералу пришлось недолго.

Пока они смотрели на дверь, затрещало стекло окошка, и между ними рухнул Брезил. Глаза его были налиты кровью, язык свешивался изо рта. Он три или четыре раза покружился по погребу, словно ища кого-нибудь, кого надо было разорвать на куски.

– Рождественская Роза, да? – спросил Сальватор собаку. – Рождественская Роза?

Брезил отчаянно залаял.

– Значит, именно здесь, – сказал Сальватор, – пытались убить Рождественскую Розу.

– Кто это – Рождественская Роза? – спросил генерал.

– Один из двух пропавших детей, которых мсье Сарранти якобы пытался убить.

– Пытался убить? – переспросил генерал. – А вы уверены в том, что убийство не удалось?

– К счастью, так оно и было!

– И этот ребенок?..

– Я же вам уже сказал, генерал, ребенок остался жив.

– И вы с ним знакомы?

– Я ее знаю.

– Так почему же вы не расспросите ее обо всем?

– Потому что она не желает отвечать.

– И что же делать?

– Расспросить Брезиля! Вы же видите, что он хочет ответить.

– Тогда продолжим!

– Дьявольщина! – воскликнул Сальватор.

И мужчины повернулись к Брезилю, который с яростью пытался укусить землю.

Сальватор задумчиво смотрел на собаку.

– Здесь что-то зарыто, – сказал генерал.

Сальватор отрицательно замотал головой.

– Нет, – сказал он.

– Почему нет?

– Потому что я вам уже сказал, что девочка осталась жива.

– А мальчик?

– Он зарыт вовсе не здесь.

– И вы знаете где?

– Да.

– Значит, мальчик мертв?

– Да, он мертв.

– Его убили?

– Утопили!

– А девочка?

– Девочку здесь едва не зарезали.

– Где же?

– Да здесь.

– И кто же помешал убийце докончить дело?

– Брезил.

– Брезил?

– Да. Он разбил это окно, как только что сделал это. И, возможно, набросился на убийцу.

– Но что же он ищет теперь?

– Он ничего не ищет. Он уже нашел.

– Что?

– Смотрите.

Сальватор опустил фонарь и осветил плиту погреба.

– Ого! – произнес генерал. – Вроде бы это – следы крови.

– Да, – снова сказал Сальватор. – Волею Господа пятно крови, вытекшей теплой из тела человека, не стирается. И эта кровь, генерал, а это так же верно, что мсье Сарранти невиновен, эта кровь, которую учуял Брезил, является кровью убийцы!

– Уж не хотите ли вы сказать, что девочку едва не зарезали ножом?

– Именно так.

– Здесь?

– Возможно.

– А Брезил?..

– Он никогда не ошибается. Брезил! – сказал Сальватор. – Брезил!