– И давно думаешь? – поинтересовался Кортес.

– С рождения, – машинально ответил Птиций.

– Так и запишем: у клиента мания величия, – хихикнул Артём.

– С рождения я думаю, а насчёт убийства – недавно.

– Всё когда-нибудь случается впервые.

Очередное фривольное замечание стало каплей, которая переполнила бездонную чашу концевского терпения.

– Ты наркоты, что ли, перебрал? – разозлился Птиций и дёрнул грудью, на которой поблескивало почти три фунта чистого золота в цепях. – Речь идёт о моей жизни! И смерти! Обо мне! Неповторимом! – Маленький, пухленький, наряженный в голубенький пиджак с красной искрой, жёлтые брюки, зелёную сорочку и ботинки с вышивкой, он вызывал у окружающих добрую улыбку, однако сейчас, предчувствуя опасность, метал глазками молнии, а ртом – громы. – И попрошу относиться с уважением!

Золото угрожающе звякнуло, камни на перстнях негодующе вспыхнули.

– Не волнуйся – уважим, – весомо пообещал Кортес. Опытный наёмник понял, что Артём едва не перегнул палку, послал напарнику выразительный взгляд и обратился лицом к бедам потенциального клиента: – Рассказывай, что случилось.

Птиций тоже сделал Артёму «глаза», пробубнил себе под нос обещание «никаких больше скидок на бухло после полуночи» и послушно приступил к докладу:

– Вчера я решил уйти из «Ящеррицы» пораньше…

– Она отказалась заниматься этим в твоём кабинете? – удивился молодой наёмник.

– Она вообще в «Ящеррице» не появляется, у неё муж ревнивый, – самодовольно сообщил конец. – Но я вам ничего не говорил.

– У неё есть имя? – навострил уши Кортес.

– У всех у них есть имена, но я не запоминаю, – молниеносно ответил Птиций. Но было видно, что сдерживается управляющий с огромным трудом, из последних сил борясь с искушением похвастаться перед старыми приятелями очередной победой.

Семейство лысых концев – все, как на подбор, невысокие, энергичные и жизнелюбивые, – занималось в Тайном Городе ставками и красивой жизнью. И противоположным полом, в отношениях с которым концы достигли невиданных высот. Женщины всех генетических статусов по первому зову падали в позвякивающие драгоценностями объятия и были готовы на всё ради прикосновения к знаменитой семейной тайне…

– Что дальше?

– Что «дальше»? – не понял вопроса Птиций.

– Ты ушёл из клуба раньше обычного.

– Ах, ты об этом… – Конец подул на ближайший перстень, протёр его идеально чистым носовым платком безупречно фисташкового цвета и продолжил: – Я подошёл к своей машине…

– Один?

– Я собирался к Диане, – сварливо напомнил Птиций. – С кем, по-твоему, я должен был подходить к машине? С Дестиславой и Солохой?

– Ты добрался до Дианы де Кувур? – изумился Кортес.

– Откуда ты знаешь? – прищурился конец.

– Я знаю, что Ричард де Кувур вчера улетел в экспедицию на Хинган.

И его красавица жена, которую весь Тайный Город считал непреступной, осталась совсем одна…

– Хватит умничать – ни до кого я не добрался. – Птиций тяжело вздохнул. – Вы будете сплетничать, как беременные челки, или слушать о покушении на меня?

– Мы таем от нетерпения, – хмыкнул Артём. – Продолжай. Кто на тебя покусился?

Однако сразу вернуться к делам у Птиция не получилось.

– Не надо делиться безосновательными подозрениями с её супругом, – поразмыслив и слегка погрустнев, попросил он Кортеса. – Мало ли чем это может закончиться?

– Мы не настолько близки с командором.

– Вот и хорошо. – Дух конца снова приподнялся, и рассказ о трагических событиях потёк стремительной горной рекой: – Так вот, когда я подошёл к машине, то увидел на капоте какую-то тварь, а потом они исчезли.

На этом река уперлась в плотину тишины.

Несколько секунд наёмники ждали продолжения, после чего Кортес неуверенно уточнил:

– Тварей было несколько?

– У тебя угнали машину? – высказал своё предположение его молодой напарник.

И глупые вопросы вызывали у Птиция объяснимое раздражение.

– Вы вообще в состоянии слушать?

– Мы пытаемся.

– Тварь сидела на капоте, а когда я подошёл – запустила портал.

– Ну, то есть у тебя угнали машину, – повторил ничего не понявший Артём.

– Идиот! – прошипел Птиций. – Ещё одно слово, и я ни за что не доверю такому кретину, как ты, свою драгоценнейшую жизнь. Всем давно стало понятно… – На этих словах Кортес на всякий случай с достоинством кивнул. – …что тварь сидела на соседней машине, которая вообще стояла за небольшим заборчиком, поскольку для моей машины на парковке выстроен отдельный закуток, полагающийся очень важной персоне, потому что я – управляющий. Уразумел?