Тяжело дыша, капитан преодолел последние несколько метров. И в этот момент раздался визг. Выскочив на поляну, он увидел побледневшую от ужаса Наталью. Девушка направляла излучатель в сторону двигающихся к ней существ. В том, что это не галлюцинация и не игра воображения, сомнений у Стива уже не оставалось. К дрожащей от страха Наталье неторопливо приближались её обнаженные копии. Но это оказалось ещё не всё! Стив увидел несколько своих двойников, в непристойном виде разгуливавших по поляне. Капитан двинул по челюсти ближайшего из них и, проводив взглядом оседающее на землю тело, подбежал к Наталье.

Никогда еще кают-компания не казалась им такой уютной и безопасной. Стив и Наталья сидели в креслах и по очереди отхлёбывали прямо из горлышка крепкий шотландский виски.

— Успокоилась? — спросил капитан.

Девушка кивнула.

— Ну и что ты обо всём этом думаешь? — захмелевший капитан кивнул в сторону огромного, во всю стену, экрана, на который транслировались картины происходящего на планете.

Девушка слегка раскраснелась от алкоголя и уже не выглядела испуганной и растерянной.

— Не знаю, — пожала она плечами.

Капитан улыбнулся.

— Когда я увидел множество животных, как две капли воды похожих на нашего Манфреда, первой моей мыслью было, что мы прилетели на планету котов. Даже теория чуть не возникла. Об инопланетном происхождении земных кошек.

— Так откуда взялись коты… — Наташа замялась, — и наши двойники? Они разумны?

— Не думаю, — помолчав, ответил капитан. — Кто-то на этой планете добрался до нашей ДНК и смог в кратчайшее время воспроизвести ее структуру. Вот и получились клоны. А учитывая, что мы соприкасались лишь с растениями, можно сделать вывод…

— …что они — растения? — закончила Наталья.

— Скорее всего, — хмыкнул капитан. — Я уверен, что эти существа неразумны. Просто обладают потрясающей способностью к биологической трансформации.

Он встал и, взяв со столика бутылку, подошёл к экрану. Обнаженные «Стивены» и «Натальи» бесцельно бродили по поляне. Их количество превышало уже несколько десятков, а мохнатые «Манфреды» буквально кишели под ногами «людей».

— Знаешь, а фигурка у тебя что надо… — ухмыльнулся Стив, бесстыдно разглядывая обнажённые клоны Натальи.

— Нечего глазеть! — девушка возмущённо вскочила с места.

— Так я же не на тебя смотрю, а на них, — захохотал Стив. — Вспомни, как недвусмысленно ты моих двойников рассматривала.

Девушка смущённо улыбнулась.

— А контакт мы с ними устанавливать будем? — спросила она. — Может, они все-таки разумны?

Захмелевший Стив подошёл к девушке и обнял её за талию. Прижав Наталью к себе, капитан долго смотрел в её смеющиеся пепельно-серые глаза.

— А контакт мы будем устанавливать с тобой, — усмехнувшись, проговорил он.

Я вдохнул, закрыл дверь комнаты на ключ, быстро прошел по коридору, выскочил под небо синевы медного купороса. И только тут выдохнул. Смешанные запахи международной общаги остались позади.

Состав моих «сожителей», как выражались писатели старого времени (имея в виду совсем не то, что нынче), был замешан не менее круто, чем запахи. Косовские албанцы, мама-Африка, беженцы из Ирака и Бангладеш, вездесущие китайцы. Последние, пользуясь тем, что для европейцев все они на одно лицо, кочевали по подобным общагам окрестных городков, — вероятно, пряча нелегалов. И, разумеется, «наши»…

Харьков, Днепропетровск, Умань, Кишинёв… Со своим зычным говором, ошметками привычного уклада, самодовольством. Желанием во что бы то ни стало выделиться из толпы себе подобных. «И Леонид под Фермопилами, конечно, умер и за них…». Да неужели?..

Я прошел мимо бензоколонки. Магазинчик при ней не раз выручал меня спиртным в неурочные часы и по воскресеньям, когда все нормальные магазины бывают закрыты. Мимо старой двухэтажной виллы, от таинственного вида которой что-то подскребывало внутри. Вот и мост через железнодорожную ветку. Я перешел по нему и спустился вниз.

По обе стороны дороги стояли два частных дома — двухэтажных, но небольших по площади. В палисадниках обоих домов из цветов выглядывали глиняные гномы, овечки, улитки. У открытой калитки одного из палисадников играли мальчик и девочка лет четырех-пяти. Рядом, глядя на них, стоял довольный папаша. Тут же слонялся серый полосатый кот. Дети звали его, но он лишь посматривал искоса.

И вдруг случилось то, от чего и дети, и папаша замерли с раскрытыми ртами. Их благовоспитанный кот внезапно бросился ко мне, встал на задние лапы, потянулся передними. К чужому!