– То есть, если мы сейчас дружно прыгнем с обрыва, всех нас потом воскресят и вернут на ту скалу, где ты надрал задницу главному человеку-червю? – поинтересовался Серега.

– Воистину так, – подтвердил Древний. – Однако в отличие от «серых» у нас есть перед ними одно преимущество. За победу над Мастером мне полагается награда, которую у меня уже никто не отнимет и которой я могу воспользоваться, когда мне вздумается.

– И что это за награда такая, если пакали тебе вручать не положено? – усмехнулся Огилви.

– Я могу обратиться к «серым» с одной просьбой, которую они обязаны удовлетворить. Естественно, при соблюдении кое-каких ограничений: если только я не потребую для себя особые игровые полномочия или более сильные возможности по сравнению с теми, которыми сейчас обладаю.

– Значит, просить, чтобы тебя отправили домой, бесполезно? – сообразил Джон.

– Бесполезно, – кивнул Мерлин.

– И просить, чтобы люди-черви от нас отвязались, тоже без толку?

– Совершенно верно. Я даже не вправе потребовать, чтобы меня переместили отсюда на более удобную и безопасную часть игровой арены, не говоря о большем.

– Дерьмо, а не награда. – Шотландец поморщился и сплюнул. – И что тебе теперь остается? Разве только заказать хорошую пирушку или погодку получше… Хотя с погодкой, чую, не повезет. Эта вечная тутошняя хмарь тоже, небось, записана в правилах Игры.

– Насчет пирушки, думаю, мне бы не отказали, – согласился кудесник. – И даже выделили бы на нее нужное количество времени… Но как бы мне ни хотелось угостить вас обедом, я намерен распорядиться своим желанием более рационально. Вот только сомневаюсь, что оно вас обрадует. Просто я хотел… как бы это помягче выразиться…

– Выкладывай все как есть, напрямую, – предложил Сквозняк. – После того как ты подшутил над нами у водопада, я уже вряд ли на что-то обижусь.

– Ну хорошо, как вам угодно, – пожал плечами Мерлин. – В общем, я хочу, чтобы вы вернули «серым» Золотой Безликий.

– Чего-о-о-о?! – почти в один голос воскликнули ошарашенные Сквозняк и Огилви. Кальтер же с Вадой, наоборот, проглотили языки, не зная, как им отреагировать на столь неожиданное заявление.

– Понимаю ваше удивление, – продолжил старик. – Но если вы позволите мне объяснить, зачем это нужно…

– Да чего тут объяснять? По-моему, после боя с Мастером наш дедушка напрочь утратил разум, – предположил Серега. – А иначе с какого перепуга он решил добровольно отдать врагу наше единственное по-настоящему эффективное оружие!

– Он не рехнулся – он служит людям-червям! – выдвинул свою теорию горец. – Не знаю, что за Игру он с ними ведет, но нас в ней используют в качестве обычных жертвенных баранов! Я знал, что рано или поздно этот старый прохвост попросит нас о чем-то подобном! Но он не на тех напал! Хочешь забрать «пустышку» – давай, подойди и забери!

– Да! Пусть подойдет и заберет! – процедил вновь посуровевший Кан.

– Может быть, все-таки позволим старику договорить? А то ведь он все равно расскажет нам свою историю, хотим мы того или нет. Но лично я предпочел бы выслушать ее, стоя на земле, а не вися на воздушном змее. – Кальтер был единственный, кого не оскорбило заявление Мерлина, потому что неожиданно для себя он разглядел в нем рациональное зерно. Пока еще не до конца понятное, но с учетом всего того, что кудесник сказал перед этим, его предложение было сделано явно не с бухты-барахты.

Напоминание о воздушном змее угодило в самую точку. Горец и самурай тут же поумерили пыл и замолкли, дав понять, что они, так уж и быть, не возражают против того, чтобы дать кудеснику объясниться.

– Премного вам благодарен! – картинно раскланялся перед Кальтером Древний. – Прошу, не надо так горячиться. Согласен, просьба отнюдь не пустяковая. Но если вы предпочитаете, чтобы я обменял свое желание на пир, так тому и быть – повинуюсь мнению большинства!

– Зачем? Чтобы ты отравил нас на этом пиру, старый ублюдок?! – вновь набычился Огилви, но Куприянов дал ему знак помолчать и, кивнув на Древнего, сказал:

– Кажется, я догадываюсь, к чему он клонит. Допустим, мы хотим избежать дальнейшей войны, вернув пакаль «серым». Они, разумеется, от такого подарка не откажутся, но нам этот игровой ход будет засчитан как проигрышный. А за проигрышным ходом, если судить по опыту прошлых Игр, может последовать суровый штраф или наказание. Но если Золотой Безликий будет возвращен по желанию победителя Мастера Игры, возникает довольно уникальная и непростая ситуация. Непростая прежде всего для «серых». Ведь после того, как мы избавимся от «пустышки», они уже на нас не нападут, поскольку без нее мы перестанем считаться для них достойными соперниками.