– Это - тоже секрет мастерства?
– улыбнулся Клюквин.

– Если угодно, да. В некотором роде.

– Панкратыч, - усомнилась Машка, - но ведь для Вайнека не характерны такие жульнические трюки. Его ученики, как правило, выигрывали честно.

– Такие трюки, конечно, не характерны, - согласился Панкратыч, - я же объяснил, что это первое дело доктора Вайнека. Но вообще, Машунь, о какой честности в современном спорте может идти речь, когда выигрывает зачастую не лучший спортсмен, а лучший допинг, еще не успевший попасть в официальный перечень запрещенных препаратов; когда победу засчитывают не победителю, а представителю страны-организатора, если у судей появляется на то хоть малейшая возможность... Да что тебе рассказывать! Ты сама все это знаешь. А для Вайнека его первое дело было просто хорошим уроком. Он понял, что надо работать чище, тоньше, что главное - не попадаться, или придумывать такие штуки, которые правил не нарушают, а только обходят их. Ведь в спорте, как это не грустно, главный закон: не пойман - не вор. Ну, что там с баней, ребятки? Может, пора?

– Почти, - сказала Машка, глянув на часы.

– А смотри-ка!
– обрадовался вдруг Клюквин.
– Парнишка этот, наш юный Заманский, начал брать свои злосчастные два метра.

– Потому что упрямый, - похвалил Панкратыч.
– Умеет долбить в одну точку.

– А в этом, кстати, - заметил я, - тоже секрет мастерства.

– А как же, - поддержал Панкратыч.
– И даже очень важный секрет.