Граф метался в комнате, будто зверь в загоне. Все, что попадалось ему под горячую руку, летело на пол, звеня и разбиваясь.

– Не верю, не могу поверить! – рявкнул он, в который уже раз останавливаясь перед Кришаном. – Чтобы какой-то сопляк, смерд, паршивый букашник, колдунишка водил вас за нос двое суток! Как он здесь оказался?! Он что, теперь еще и невидимка? Кто сбросил ему веревку? Почему вы упустили его?

Кришан угрюмо тронул вспухшую губу.

– Шел снег, мой граф, – сказал он. – Собаки не смогли взять след. Я думаю, он вскорости объявится в какой-нибудь деревне – должен же он что-то есть! Мои люди узнают, не видел ли кто его. С такой приметной волосней ему не удастся скрываться долго.

– У тебя, я смотрю, на все найдется объяснение! – прорычал граф и уселся в кресло. Посмотрел в камин, потер живот и поморщился. – Подай вина, – велел он. Кришан кивнул и, взявши с полки кувшин, наполнил графский кубок.

Граф покосился на браслет, мерцавший на запястье оруженосца, и хмыкнул:

– Чего ты нацепил эту хреновину?

Кришан поднял руку.

– Не так все просто, – ответил он. – Все никак не могу понять, зачем и как он мигает. Есть у меня одна мысль, и если это сработает, то…

– То – что? Ну, договаривай!

– Не стоит пока об этом говорить, – уклончиво ответил тот. – Вдруг я не прав? Уверен я пока в одном – сюда эта рыжая тварь полезла именно за ним.

– Неужто?

– Он сам так сказал, мой граф. – Кришан поднял голову. – Я прочешу весь лес. Я сам убью его. – Он облизал разбитые губы. – Он дорого заплатит мне за это.

– Ну, ладно, – граф кивнул. – Возьми два десятка солдат – больше, я думаю, не понадобится. Не найдете в лесу – ищите в деревнях. Собак не кормите – пускай будут злее. А сейчас иди и кликни кого-нибудь… Пусть принесут нам чего-нибудь перекусить.

Он глотнул из кубка и с проклятием выплюнул вино на пол.

– Дьявольщина! Что это такое?!

– Что случилось, мой граф? – Кришан обернулся на пороге.

– Попробуй! – Граф протянул ему кубок. Кришан пригубил напиток и содрогнулся, почувствовав соленый привкус на губах.

В бокале была кровь.

* * *

Все повторялось.

Он шел сквозь лес, как уже было много раз за эти дни и ночи, шел в никуда, петляя, сдваивая след, пока погоня не отстала, и пока в лесу не воцарилась прежняя тишина. Усталость брала свое – травника шатало. Он брел все медленней, едва не засыпая на ходу, и наконец настал миг, когда он почувствовал, что не в силах больше сделать ни шагу. Остановившись, сбросил с плеч котомку и огляделся окрест.

Поспешное бегство завело его в самую глубь лесной чащобы. Сквозь голые ветви светила луна. Вокруг было тихо, и травник, поколебавшись, решил заночевать прямо здесь – в конце концов, это место было не хуже любого другого.

Он отыскал большую старую ель и влез под ее широкие лапы, где не было снега, лишь палая хвоя и шишки с корой. Достал из мешка кресало и трут, запалил маленький костерок из сухих веток и, перекусив гобушкой хлеба, улегся отдохнуть.

В холодном сне он продремал остаток ночи, то и дело просыпаясь в тревоге; но нет – все было тихо и спокойно, и встав на следующее утро, он двинулся дальше.

И здесь, посреди глухого леса, вдруг повстречал людей.

* * *

Их было трое. Травник замер, стиснув крепче посох. На графских слуг они явно не тянули: три мужика, по виду – самые обыкновенные крестьяне из местных, может, разве что несколько более оборванные и заросшие, чем другие. Двое были с топорами, один – с рогатиной.

– Ты, парень, здесь откуда? – хмуро, с подозрением спросил тот, что с рогатиной, – высокий и плечистый бородач. Шагнул вперед. – Чего тебе надо в лесу?

– А вы сами-то кто будете? – вопросом на вопрос ответил тот.

– Ты, рыжий, брось мне тут хитрить. Тоже мне, лис выискался… Я первый спросил. Кто ты?

Драться не хотелось. Травник уже понял, что негаданно набрел если и не на лихих людей, то уж точно – на беглых крестьян, и решил не перечить.

– Странник я.

– Гм! Странник… Что ж ты тут делаешь тогда?

– Бежал я. Из графской темницы.

– Будет заливать-то! – усмехнулся тот. – Чем докажешь?

Тот молча показал запястья. Троица переглянулась.

– Цепи не только у графа есть, – хрипло сказал второй и поправил за поясом топор. – Да и шапка на тебе уж больно знакомая – как раз вот в таких и расхаживают графские приспешники.

– Шапку я украл, – признался рыжий, – и это все, что я могу сказать о ней. Не хотите – не верьте. Я устал спорить. Хотите драться, так давайте, а нет, так пропустите.

– Ишь ты, прыткий! – предводитель усмехнулся в бороду. – Куда идешь?

– Куда глаза глядят… – буркнул тот. – А как дойду, там видно будет.