— Хорошо, сеньор, — кивнул испанский посол, — я доведу это предложение до сведения его превосходительства Мануэля Силвелы и Ле Вьеллёз, министра иностранных дел Испанского королевства. Со своей стороны хочу добавить, что, действительно, присутствие югоросской базы в той части Испании может умерить аппетиты других держав в отношении Гибралтарского пролива. Надеюсь, что Югороссия согласится с тем, что и африканский берег пролива — неотъемлемая территория Испании.

— Мы готовы согласиться с подобной формулировкой, господин посол, — утвердительно сказал мистер Тамбовцев.

Сеньор Сервандо Руис-Гомес и Гонсалес-Льянос покивал головой и спросил:

— Сеньор канцлер, вы упомянули о том, что у вас есть и вторая просьба?

— Да, сеньор посол, — кивнул канцлер Югороссии. — Мы заинтересованы в неофициальной аренде бухты Гуантанамо на юго-востоке Кубы. Мы не просим в аренду сам город Гуантанамо, а всего лишь близлежащую бухту с тем же названием и землю вокруг нее. Официальным арендатором будет сеньор адмирал, но с правом передачи аренды или субаренды другими лицами и структурами. Такими, например, как Югороссия. Со своей стороны мы гарантируем, что наша деятельность на арендованной территории не будет направлена во вред испанскому королевству.

— Я вас понял, сеньор, — ответил посол, — но зачем вам это забытое Господом место? Там же ничего нет, только плантации табака, да и то не самого лучшего.

— Сеньор посол, — улыбнулся югоросский канцлер, — сеньор адмирал хотел бы там устроить яхт-клуб и курорт для состоятельных людей. Место, где настоящие джентльмены смогут проводить время вдали от жен и детей. Солнце, море, красивые девушки…

Испанский посол задумался.

— Сеньор канцлер, мне необходимо будет довести и этот вопрос до его превосходительства, но позвольте одно небольшое уточнение. Будет ли это означать, что Югороссия будет рассматривать и Кубу как неотъемлемую часть Испании?

— Да, господин посол, — кивнул мистер Тамбовцев, — я уже сказал, что вы можете исходить именно из этого. Если у вас возникнут проблемы с Кубой, то наши люди вполне смогут провести с этими проблемами конфиденциальные беседы и убедить их не делать глупостей. Можете считать эту аренду нашим гарантийным письмом.

Испанец прижал руки к груди:

— Тогда, господа, я немедленно передам эту информацию в Мадрид и дам вам знать, как только получу инструкции от его превосходительства.

Югоросский канцлер встал.

— Сеньор посол, в таком случае позвольте откланяться, и надеюсь вас увидеть в ближайшие два-три дня. И постарайтесь сохранить наше второе дело в тайне. Для всех нас будет очень нехорошо, если это условие где-то выплывет.

— Я понимаю, — поежился испанец, — и со своей стороны обязуюсь приложить все усилия, чтобы этого не произошло…

10 августа (29 июля) 1877 года, утро.

Одесса, городской вокзал. Царский поезд

Император Александр III, контр-адмирал Ларионов

и уполномоченный Российского общества Красного Креста

князь Михаил Иванович Хилков

Князь Хилков был озадачен приглашением в вагон нового императора России, следующего в Петербург с печальной миссией. Нет, Михаил Иванович как человек, окончивший Пажеский корпус и принадлежащий к высшему свету, был хорошо знаком не только с покойным императором, но и со многими членами царской фамилии. Он хорошо знал и великого князя Александра Александровича, и его супругу Марию Федоровну. Она, кстати, была попечителем санитарного поезда, на котором князь Хилков исколесил всю Болгарию и Румынию, развозя по госпиталям раненых и больных русских солдат и офицеров.

Но став самодержцем, он мог перестать быть тем самым простым и любезным в общении цесаревичем. По счастью, так не произошло.

Император находился в вагоне не один. С ним рядом сидел знаменитый адмирал Ларионов, глава Югороссии, о котором люди рассказывали разные невероятные истории, больше смахивающие на небылицы. Но этот человек в своей простой светло-кремовой рубашке без галстука, с адмиральскими погонами, на которых вместо орлов были звезды, не был похож на грозного флотоводца, чье воинство с легкостью истребляло эскадры британских и турецких броненосцев и шутя захватывало столицы империй.

— Доброе утро, Михаил Иванович, — поприветствовал адмирал Ларионов князя Хилкова, после того как тот почтительно поклонился императору. — Я знаком с вами заочно и должен сказать честно, восхищаюсь вашей работой в Министерстве путей сообщения. Ведь вы уже успели поработать на Курско-Киевской и Московско-Рязанской дороге…

Князь Хилков был удивлен и польщен тем, что глава Югороссии так досконально знал его биографию. А адмирал Ларионов продолжил начатый разговор и в очередной раз удивил князя: