— Сделай это.

 Обычно это возбуждает меня. Обычно.

 Я знаю, чего она хочет. Я так чертовски разозлен прямо сейчас, что смог бы это сделать. Но это будет означать, что она выиграла.

 Этого не будет.

 Со скукой осматривая комнату, я вздыхаю:

 — Ты скоро закончишь? У меня куча дел.

 Ее глаза широко раскрываются, и в них светится боль. Она быстро приходит в себя и трется киской об мою открытую ладонь.

 — Давай, детка. Помоги мне. Ты ведь любил делать это.

 Ее заявление больше похоже на просьбу. Не желая больше терпеть эту хрень, я вытаскиваю руку из-под ее юбки, и говорю уверенно и спокойно:

 — Достаточно. Ты унижаешь себя.

 Ее милое личико становится каким-то уродливым и злым. Хватая маленькими ручками меня за плечи, она толкает меня.

 — Пошел ты на хрен, Твитч. Ты думаешь, ты единственный парень, который может захотеть меня? Ну так ты чертовски ошибаешься! Я могу получить любого парня. Любого, которого захочу.

 Я посмеиваюсь из-за того, что она противоречит сама себе, и качаю головой:

 — Ага. Хорошо. Можешь вытащить свою сучью сущность за дверь? Как я и сказал, у меня куча дел.

 Повернувшись к ней спиной, я слышу, как удаляясь, постукивают ее каблучки, прежде чем дверь моего офиса громко хлопает. Сажусь обратно на свой стул, и первая мысль, которая посещает мой мозг — это красивая улыбка женщины, с которой я никогда не должен был спать.

 Мой член дергается.

 Провожу рукой по лицу. Я долго размышляю о том, что делать, и понимаю, что никогда не позволю ей уйти. 

 Во второй раз обдумываю, какого черта я делаю, сидя в машине около парковки «Фалькон Пластик». Прежде, чем я пойду на попятную, хватаю свою сумочку и выхожу из машины, удостоверяясь, что помню причину, по которой я здесь. Ну, или причину, по которой я говорю себе, что я здесь.

 Смотрю на наручные часы, время – 17:46, и я задаюсь вопросом, есть ли внутри еще кто-нибудь. Мысль, что я никого не застану, приносит большое облегчение.

 Да, потому что ты не хочешь видеть великолепного татуированного мужчину, который трахается, как профи.

 Какой смысл отрицать, что парень мне нравится? Я хочу начать все заново, и я знаю, что единственным способом сделать это с таким как Твитч, будет сделать первый шаг.

 Подойдя к двойным дверям, я тяну и встречаю сопротивление. Мой мозг кричит "Ура", подпрыгивает, и в то же время улыбается, и говорит:

 — О, хорошо! Мы попробовали! В следующий раз повезет!

 Останавливаюсь на минутку, и размышляю, стоит ли отступать так быстро. Но как только я поворачиваюсь, чтобы найти интерком, дверь передо мной открывается, и молодая женщина врезается в меня. Ее тело сталкивается с моим, и она пищит:

 — О, черт побери! Извините. Я вас не заметила!

 Ухватившись за нее, я улыбаюсь:

 — Да все в порядке. Я не знала, что вы были закрыты.

 Натягивая на нос свои черные очки, она поправляет платье.

 — О, технически мы закрыты, но шефы все еще на месте....

 Когда ее лицо поднимается к моему, она снова пищит:

 — Мисс Балентайн! Мистер Т говорил на днях, чтобы вас пропускали к нему. Если я не пропущу вас сейчас, он разозлится. Я немного спешу, но, если вы дадите мне минутку, я проведу вас в его офис.

 И мой день становиться интереснее.

 — Я так понимаю, мистер Т — это Твитч?

 Она кивает.

— Ладно, я знаю, где находится его офис, я могу сэкономить вам несколько минут, если вы впустите меня?

 Ее лицо сразу же расслабляется:

 — Вы не представляете себе, как это было бы хорошо. Я опаздываю, мне надо забрать свою дочь с продленки, а они заканчивают в шесть.

 Удерживая дверь открытой для меня, она быстро добавляет:

 — Код лифта 2245.Поднимайтесь!

 Улыбнувшись, я киваю, и захожу теперь уже в пустое здание. Здесь сегодня так тихо по сравнению с другими днями. Это так жутко, что мое тело покрывается мурашками.

 Набираю код лифта, и прежде, чем осознаю это, уже стою перед большими дверьми из красного дерева, ведущими в неизвестность. Поднимая сжатую в кулак руку, я не решаюсь постучать, когда слышу стон, и звуки ударов.

 Мое лицо вспыхивает.

 О, дерьмо. Он занят делом.

 Внезапно все внутри сжимается. Эта боль так иррациональна, что я подвергаю сомнению свое здравомыслие. Еще хуже то, что я уверена, что он делает это со своей вся-такая-идеальная сукой, т.е. подругой.