И это сработало!

Идея была довольно оригинальной и следующие пять лет прошли на ура. Я стал абсолютным чемпионом КТО. Куратор примерно раз в полгода выбирал молодую звезду, накачивал её в СМИ и в головах зрителей до состояния полубога и сталкивал со мной. Психологически, эффект был непреодолимым — большинство зрителей так или иначе болели за «молодёжь» и желали смерти старому чемпиону. То есть мне.

Это было тем более объяснимо, так как меня часто показывали в окружении женщин, в дорогих машинах и в ресторанах, разбрасывающимся деньгами. В общем, создавали негативный имидж. Хотя и очень уважительный — ведь ореол моей «непобедимости» требовал в танковой области беспрекословного авторитета.

Так создавался известный всем маркетологам «букмекерский противовес». А вот на противоположной стороне этого «противовеса» сидели банки и ОПГ. И они точно знали, что шансов у новичков нет. Очень часто мы показывали даже ничейные бои. Но только для того, чтобы в конце концов я претендента прикончил.

Так делались деньги. Из месяца в месяц, из года в год. Пять с половиной лет.

Но, как и всё в этом мире, подобный приём должен был наскучить публике. Рейтинги трансляций постепенно становились меньше. И куратор — это чётко уловил.

Два месяца назад случилось маленькое, довольно невнятное событие. Мне, как чемпиону КТО предложили выступить в СМИ в одной дурацкой, но известной телепередаче. И там, мимоходом, между вопросами о карьере, танках и кулинарии я должен был высказаться за закрытие одного уголовного дела, возбужденного против какого-то неизвестного мне чешского отморозка.

Тот чех не являлся особенно важной шишкой в банде, и был обычным молодым подонком, «казнившим» провинившуюся перед чехами семью. Он убил человек шесть — мужа с женой и четверых маленьких детей. Чехи не особо дорожили жизнью этого ублюдка, но хотели показать, что для них закон — не помеха. Я вежливо отказался. Очень мягко. Причём даже не в эфире. Специально приехал к ним в резиденцию. И почти умолял.

Этого оказалось достаточно. Насколько я понимаю, слить меня решили не только из-за отказа выступить в эфире, но, прежде всего, из-за мнения куратора. Человечек этот давно считал, что тактику, придуманную им самим пять лет назад, давно пора менять. Ну, чтобы избежать дальнейшего падения рейтингов. Значило это только одно — чемпион КТО должен быть повержен.

И вот — мне предложили уйти из шоу. Уйти навсегда. Отказаться, как понимаешь, было нельзя. Альтернатива — взорвавшийся движок танка, выстрел снайпера, или же проще — удар кастетом где-нибудь в собственном подъезде. Разумеется, я согласился. Принял решение уйти и больше не бороться со своей совестью.

Но этого оказалось мало.

Куратор решил не просто сменить тактику проведения игр. На уходе легендарного командора Шапронова всем следовало срубить лаве!

Мне выдали условие: я должен был проиграть.

Было ясно, что если объявить финальный бой с моим участием, говоря проще, последний бой человека-легенды, побеждавшего на полях КТО двадцать пять лет и почти пятилетку являвшегося непобедимым чемпионом, зрители поставят на кон немыслимые деньги. Опять же, чисто психологически, большинство зрителей в последнем бою должно было поставить не на претендента, а на чемпиона, то есть на меня.

Бандиты и банки, соответственно, должны были ставить — против. В качестве противника мне должны были выбрать марионетку. Какого-нибудь молодого, талантливого, относительно известного, но не слишком популярного идиота, которого можно будет подержать пару месяцев в качестве чемпиона, а потом зарыть. Чехи готовились сорвать просто неприлично огромный куш!

Почти неделю после этого «предложения» я пребывал в абсолютном шоке. Такого позорного финала, я для себя, разумеется, не ожидал. Те, кого в течение почти всей жизни я считал нанимателями и друзьями, выставили мне практически ультиматум. Но главное — ставили на грань крайнего унижения.

И вот, долгими бессонными ночами обдумав все нюансы, я принял, как мне казалось, единственное возможное решение этой проблемы.

— Ты пошёл к Маляру, — усмехнулся Гойгу.

— Я пошёл к Маляру, — усмехнулся в ответ Шапронов.

— И вы договорились слить бой?

— Так точно. Но на своих условиях!

— Постой, я догадаюсь, — снова скривился Гойгу. — По условиям вашего гениального соглашения выиграть должен был как раз ты, а не Малярийкин. Что вчера и произошло. Ты специально пропустил выстрел и спрятался на полу кабины. А Маляр специально сеганул вниз. Так?

— Не совсем, — покачал головой Малярийкин. — Красивое завершение карьеры это то, что хотел получить командор. Я, как ты понимаешь, от этого не приобретал ничего. Но то, что я проиграл — весьма спорное утверждение.

— Дело в том, — снова пояснил Шапронов, — что тот человечек, который был виновен в смерти Калмышева и Ники, чисто по логике вещей являлся ни кем иным, как куратором букмекерских сделок. Понимаешь взаимосвязь? Юнгу, Калмышева и меня сливал один и тот же человечек. Один и тот же!