– Я готов помочь вам в меру моих слабых сил, господин Ленивый Тигр, но сейчас спешу в столицу по неотложному делу. Даю слово, что на обратном пути не стану уклоняться от встречи с вами.

– Ваше слово – подлинная драгоценность, и все же обстоятельства вынуждают просить вас задержаться. Такой именитый мастер легко справится с нашим пустяковым дельцем. Потом мы постараемся наверстать упущенное время, если это представится возможным.

Предводитель подал знак своим людям, и вскоре инструменты и все остальное имущество путников было аккуратно собрано и уложено в лакированный короб, который с поклоном вручили мастеру Ганзаку.

В чем заключалось дельце, о котором говорил разбойник, выяснилось очень быстро. Ганзака и его подмастерье отвели во внутренний дворик, а потом за развалинами главного здания по лестнице из темного камня все поднялись на самую вершину горы. Там они увидели молитвенную беседку, которой было немало лет, и все эти годы сказались на ней не лучшим образом.

– Что же вы сразу-то не объяснили… – пробормотал ученик Идо, а мастер так глянул на него, что тот прикусил язык.

– Проще сделать новую молитвенную беседку, чем эту привести в порядок, – заявил наконец мастер после долгого раздумья.

– Это уж как вам будет удобно, – великодушно отозвался предводитель. – Можно новую беседку, а можно попробовать старую в порядок привести. Но до тех пор, пока у нас не будет беседки в хорошем состоянии, мы почтительно просим оставаться нашими гостями.

– Хорошо, – кивнул мастер. – Посмотрю, что можно сделать. Но пусть никто не мешает нам, а если понадобятся помощники, я скажу.

Мастер Ганзак медленно обошел беседку, осторожно срывая длинные плети вьюна, обвившего столбы и балясины, потом подозвал Идо и велел ему очистить пол беседки от пыли и проросшей травы. Разбойников, сунувшихся было помогать, он прогнал. После того как с четырехладонной крыши смели мусор и палые листья, мастер простучал стальным наперстком все элементы беседки и послал одного из разбойников за предводителем.

– На самом деле здесь работы немного. День, от силы полтора. Возможно, мы успеем в столицу. Когда нас вели в лагерь, я услышал ржание коней.

– Как только работа будет исполнена, я подарю вам двух жеребцов, подобных ветру, – пообещал Ленивый Тигр.

– Вы собираетесь вступить на путь праведности? – спросил мастер. – Иначе зачем вам молитвенная беседка?

– Кто знает, куда заведет нас судьба, – уклончиво ответил разбойник, отведя глаза в сторону.

Разложив инструменты на плоском камне, мастер велел ученику замерить толщину колонн, а сам взобрался по приставной лестнице наверх, проверить, в каком состоянии зазоры между деревянными пальцами.

– Нам повезло, – сказал он негромко ученику, спустившись вниз. – Дерево пропитано маслом холодного отжима, крыша не сгнила. И звуковые пластины сделаны с запасом. Кое-где обломаны, но можно соразмерно подогнать. Иначе пришлось бы сушить древесину три, а то и четыре месяца.

– Никогда не видел четырехладонных крыш, – заметил Идо.

– Старинная работа. Только во времена Второй династии стали делать шести– или восьмиладонные беседки. Раньше с этим было строго, но потом появились уступчивые мастера, которые сейчас по прихоти богачей делают даже беседки о двенадцати ладонях. Но это все преходящая мода. Великий мастер Гок говорил, что человеку хватает двух ладоней, обращенных к небу. Того же достаточно как для молитвенных беседок, так и для храмов.

– Как вы думаете, мастер, разбойники нас отпустят?

– Если я буду думать о таких пустяках, то не смогу настроить беседку, а ты никогда не овладеешь мастерством, если станешь отвлекаться во время работы.

Смешливый разбойник, присматривающий за мастером, с интересом наблюдал, как Ганзак сменил наперсток на молоточек, который тоже надевался на палец, только с помощью двух колец. Одна из сторон молоточка была сделана в виде головы буйвола с прямыми рогами. Стукнув по той или иной детали беседки, мастер прислушивался к звону бронзовых рогов. Таких молоточков было несколько, и каждый звенел по-особому.

Кое-где мастер аккуратно прошелся рубанком, так насмешившим разбойника. Тонкая стружка вилась из-под рук Ганзака то подобно длинному локону городской красавицы, то полоске вощеной бумаги. Кистью из жесткой щетины подмастерье проходился по всем щелям и трещинам, вычищая древесную пыль, которая в изобилии полетела после того, как мастер надел рукавицу из кожи зеленой гадюки и принялся шлифовать тонкие пластины железного дерева, словно зажатые между деревянными пальцами ладоней, составляющих крышу.

Так и прошел весь день – звон молоточка, шелест рубанка, скрип резцов и стамесок, потом снова простукивание, рубанок, молоточек, рубанок, рукавица… Ближе к вечеру мастер послал за Ленивым Тигром.

– Работа сделана, – объявил мастер. – Надеюсь, уважаемый предводитель сдержит свое слово.

– Непременно, – заверил Ленивый Тигр. – Осталось только убедиться, что молитвенная беседка и впрямь исправна. Скоро начнется ветер, да и Вторая луна как раз в зените.

Мастер и ученик переглянулись и не смогли сдержать улыбок.