– Они не могут поделить Бурбон-стрит, – ответила миссис Картрайт.

– Я купил ее три круга назад! – уверенно заявил капитан Боулмингтон.

– Нет! – не менее уверенно возразил ему мистер Картрайт. – Вы купили соседнюю Эльм-стрит!

– Я точно помню, что покупал Бурбон-стрит! – стоял на своем пират. – Просто кто-то сдвинул мою фишку!

– Хотите сказать, что это я сделал?

– Если бы я хотел, то так бы и сказал!

– Но у вас есть подозрения?

– Да, у меня есть подозрения! Потому что кто-то сдвинул мою фишку!..

Они играли в «Монополию».

В старенькую «Монополию», которую дядя с тетей подарили Тому пятнадцать лет назад.

Где они ее отыскали?..

Банкиром был Ахав – перед ним стояла коробочка с разноцветными бумажками, изображающими деньги.

– Надо было записывать ходы, – посоветовал Том.

Он почувствовал себя как скрипка, с которой сняли струны, когда понял, что ничего ужасного дома не происходит.

Все в порядке.

Все на месте.

И даже, можно сказать, в добром здравии.

– Отличная идея! – одобрительно посмотрел на Тома мистер Картрайт. – Как в шахматах!

Боулмингтон скорчил недовольную физиономию.

– Шахматы – игра для детей.

– С чего вы это взяли? – удивился мистер Картрайт.

– Я видел пару раз, как играют в шахматы. Скука смертная!

– В шахматы нужно вникнуть.

– Ну еще бы! Я так и не смог понять, почему фигурка, которая стоит между конем, называется епископом? А?.. Что вы на это скажете?

– Так уж исторически сложилось.

– Исторически сложилось, говорите? Не-ет! – капитан Боулмингтон погрозил мистеру Картрайту пальцем. – Тут есть какой-то подвох! Шахматы – жульническая игра!

– Но вы же только что сказали, что это игра детская.

– Ну да – детская и жульническая. Вот трик-трак – совсем другое дело! Сколько очков выбросил – столько ходов и получил. А в шахматах все ходят как попало.

– Не согласен!..

– Мистер Картрайт, ваш ход, – Ахав протянул дяде Бобу кубик.

– Но мы так и не пришли к окончательному соглашению по Бурбон-стрит.

– А что тут думать? Бурбон-стрит моя!

– Протестую!

– Господа, – обратилась к спорщикам миссис Картрайт. – Поскольку никто не может точно сказать, покупал ли Джек Бурбон-стрит, полагаю, вам следует довериться провидению.

– Что вы имеете в виду, миледи? Дуэль?

У Тома внутри вновь закрутились колки, натягивая струны.

Дуэль была совершенно ни к чему!

– Полагаю, повод для дуэли слишком незначителен, – улыбнулась миссис Картрайт. – Можно просто бросить кубик.

– Отличная идея!

– Я согласен!

Том подошел к столу и положил перед Ахавом пакаль.

«Серый» провел по рисунку пальцем и едва заметно кивнул.

– Нам надо поговорить.

– Я заведую банком.

Ахав обеими руками взялся за коробку с игрушечными деньгами. Как будто они на самом деле представляли собой огромную ценность.

– Передай банк миссис Картрайт.

– Давайте, Ахав, – легонько махнула рукой тетя Мэгги. – Я знаю, как это делается.

«Серый» через стол передал коробку миссис Картрайт.

Не дожидаясь его, Том вышел в прихожую.

Где тут же налетел на пару оройнов.

Твари проникли в дом через дверь, которую он не запер, и уже подбирались к кухне.

Вместо одежды на них были грязные лохмотья, некогда бывшие спальным бельем. Перекошенные первобытной злобой морды лишь отдаленно напоминали человеческие лица. Оройны пускали слюну и утробно порыкивали. Конечности их нервно подергивались. Они как будто подзадоривали себя перед тем, как учинить кровавую баню.

Присмотревшись повнимательнее, в них можно было опознать бывших соседей Шепардов: мистера и миссис Хопкинс.

Но Том видел перед собой только оройнов.

И он уже знал, как с ними обходиться.

Главное – не подпускать их к себе близко.

Том выставил перед собой обе руки с раскрытыми ладонями. И, как из брандспойтов, направил в звериные морды оройнов две упругие, пенящиеся струи.

Оройны, похоже, боялись воды больше, чем огня.

Сначала они в панике заметались по прихожей. Затем, сориентировавшись, бросились к распахнутой входной двери. Скатились по ступенькам и исчезли в кустах.