Раз в полчаса Феликс поднимался к себе. Узнавал, нет ли распоряжений от руководства. Глава отдела был на выезде, распоряжений не было. Сологуб подливал девушке коньяка. Из их беседы до меня долетали словечки типа «девятое управление КГБ» и «покупной соцопрос».

Первый глоток алкоголя на голодный желудок — как удар поддых. К третьему бокалу начинает заплетаться язык и возникает вопрос: а что я здесь делаю? Странно: химическое соединение «алкоголь» впитывается в стенки желудка, а меняется ваша личность. Да еще этот бесконечный кофе. После него есть хотелось особенно.

Я щурясь рассматривал соседей. У них были очень геморроидальные профили. Мне казалось, что я пьянее всех в здании. Допив следующий коньяк, я понял, что мне категорически не нравится компания.

— Знаешь что, Феликс? Давно хотел тебе сказать. Дурацкая у тебя, Феликс, работа, вот что.

— Почему?

— А вот дурацкая и все!

Феликс внимательно на меня посмотрел.

— Ну хорошо. У меня дурацкая работа.

— А знаешь, почему?

— Хочешь коньяка?

— Огромное здание. Куча народу. Чем вы занимаетесь? Выборы какие-то придумали!

— Выборы придумал не я. Честное слово.

— Да кому они нужны, ваши выборы? Посмотри вокруг! Куча народа! Коньяк пьют, галстуки, блин, носят...

— При чем здесь я?

— Ты же сам рассказывал о москвичах, которые привезли оборудование. Дженни, вы слышали эту историю?

— Я не понял, коньяк покупать или нет?!

— Неужели не слышали? Из Москвы местным кандидатам прислали оборудование. Две фуры компьютеров, факсов-шмаксов и всякого фуфла. Зачем прислали? Что со всем этим делать? Половину оборудования сотрудники в первый же день растащили по домам, а вторую половину перебили, когда устраивали для гостей фуршет. Напились и перебили. Причем алкоголь для фуршета в приказном порядке обязали выделить местный винзавод. Бесплатно! Скажешь, неправда? Ты же сам говорил, что твоему шефу два раза из «внешних связей» ГУВД звонили!

— За что не люблю журналистов, так это за цинизм. Лишь бы все опошлить.

— Да что опошлить-то? Я сколько здесь торчу, только и слышу: мы работаем! мы думаем о людях! вот этими руками мы удерживаем город на краю пропасти! Посмотри вокруг! О каких людях?!

Феликс молчал.

— Вы сами-то в это верите? Что тут можно опошлить?

Феликс посмотрел на буфетчицу, потер подбородок, выбрался из-за стола и сказал, что сходит посмотреть, не приехал ли шеф.

Сологуб потянулся за сигаретами.

— Зря ты. Обидел парня.

— Почему обидел?

— Он неплохой парень. Чего тебя понесло?

— Меня не понесло. Я что — сказал неправду?

— Хватит бычить!

— Нет, ты скажи — это правда или неправда?

Я тоже закурил. Дженетт старалась глядеть в окно.

— Ладно. Он придет, и я извинюсь.

Сологуб купил коньяка. Феликс пришел нескоро.

— Пошли, поднимемся ко мне. Шефа сегодня, похоже, не будет.

— Тебе здесь плохо?

— Не нарваться бы.

— Брось! На что мы нарвемся?

— Пошли, пошли! В кабинете тоже можно нормально посидеть.

— А алкоголь?

— Есть у меня. Тебе хватит.

Коридоры Смольного освещены так, что даже с утра кажется, будто ночь. Каменный пол, крашенные в мутное стены. Все шагают с сосредоточенным видом, даже если идут в туалет. По дороге к кабинету Феликс упирал подбородок в грудь. Пожимая руки коллегам, на мгновение задерживал дыхание.

Я тронул его за рукав.

— Не обижайся.

— Я не обижаюсь.

— Нет, серьезно. Не хотел тебя обидеть.

— Да не в этом дело. Просто... все ведь действительно не так!

— Я понимаю. Извини.

В желудке что-то болело. Ощущение беременности тройней... тройкой нападающих. Во рту стоял кислый привкус. В кабинете Феликса за столом сидел мужчина с проваленным носом и трагическими складками по сторонам рта. Феликс хлопнул мужчину по спине и сказал, что сегодня отчет должен быть готов. Тот был лет на пятнадцать старше Феликса, но вы же понимаете: начальником-то был не он.

Как это обычно бывает, скоро я почувствовал раскаяние. Вернее, не раскаяние, а теплоту... благодарность. С чего меня действительно понесло? Чтобы загладить впечатление, я вызвался вымыть всем по стакану. Смольнинские туалеты поражали воображение. Стоя у раковины, я подумал, что было бы смешно встретить тут кого-нибудь из первых лиц города. Потом я попил воды из-под крана. Какой идиот сказал, что это притупляет чувство голода?

— Слушай, Феликс, а правда, что здесь бродит привидение Кирова?

— Да ладно тебе!

— Почему? Его же здесь убили, да?

— Ну, убили.

— Это же здесь, за углом было, да?

— Ну, да.

— Значит, должно быть и привидение. Пошли, поищем! Хорошо бы спросить у него о результатах голосования. Представь, если я за неделю до выборов смогу предсказать все до процента?

— Нет, ребята, давайте из кабинета выходить не будем.

— Брось! Пошли погуляем! Для Дженнет экскурсию проведем. Дженни, хотите поваляться на кровати Ленина?