– Неверно. Осталось две попытки. Скажите пароль.

Вдруг она взорвется, если я неправильно скажу пароль еще раз? Нужно оставить ее на потом, когда я узнаю отгадку и назову ее маске. Сняв шлем, я продолжил рыться в сундуке.

Еще внутри были хорошие черные перчатки, полосатые носки с пальчиками и хрустящий пакетик. Я почувствовал, как сильно у меня болят ушибленная лапа и обожжённые ступни. Сложно было бегать по горячим тоннелям. Я свернулся калачиком вокруг сундука и уснул, похрустывая пакетиком. Половину хрустяшек я оставил для Ари-Ару.

Меня разбудил гул. Гудел остров. Я уже слышал такой звук. Или не такой, но похожий. Нужно выбираться.

На этот раз я пошел в левый тоннель. Он тоже уходил вниз, и его уклон был больше, чем в правом. Зато пол не становился горячим. Я прихватил побрякушки из ящика и нес их в зубах и на спине, придерживая хвостом. Надо обойти все тоннели - вдруг еще где-нибудь найдутся ящики с побрякушками?

Коридор начал забирать влево и закручиваться по спирали. После трех витков я вышел в огромный зал с высоким сводом. В зале что-то плескалось и звенело. Еле дыша, я подобрался к краю прохода и выглянул наружу.

Половина зала была завалена побрякушками. Здесь находилась целая сокровищница, похожая на ту, которой обладал первый пират. Повсюду валялись обломки кораблей, весла, цепи, одежки, шляпы, ожерелья - и практически все были повреждены водой. Больше всего выделялись железные доспехи у стены, потому что они были такими большими и округлыми, что наверняка были созданы для очень толстого гремлина.

Вторую половину зала занимало озеро. Настоящая морская вода, белая и мутная. У берега плескался морской дьявол и разговаривал сам с собой.

– Милли, как тебе эта шляпа?
– спросил гладкокожий гремлин, нахлобучив на голову розовый колпак: - Едко? Ответь мне, Милли. Мне надо услышать.

Но никакой Милли не было. Морской дьявол снял шляпу и швырнул в сторону. Высунув задние лапы на берег, гремлин распластался на поверхности воды и закрыл глаза. Лег спать.

Я зашел внутрь. Здесь было столько всего интересного и разного. Я закрутился на месте и нечаянно хрустнул пакетиком, который нес в зубах. Надо было держать его хвостом. От неожиданности я уронил маску и наклонился, чтобы ее поднять.

Мимо просвистел трезубец. Он пролетел над головой и врезался в стену, на треть когтя вонзившись в обсидиан. Трезубец задрожал от удара, угрожающе звеня. С оружия капала вода, уже набралась маленькая лужица. Я отбежал немножко, чтобы не наступить в кислоту.

Морской дьявол молчал. Его глаза округлились. Я смутился и сделал шаг назад, где стоял ряд корабельных весел, и задел одно, после чего они посыпались, грохоча и цепляя остальные предметы. Одно весло задело ковер на стене, и он сорвался вниз, подняв кучи пыли.

– Я починю, - извинился я и начал чихать, потому что в нос попала пыль. Чихая, я задел лапой ящик с корабельными частями, и они попадали, увлекая за собой другие вещи. Сорвались закрепленные на стенах побрякушки, загрохотали инструменты. Тяжелый борт упал на лапу, и я засунул ее в пасть, чтобы не болела.

– Ты! Ты, - зазвенел морской дьявол и нырнул. Миг спустя он вылетел на поверхность, как камень из рогатки, вытащил трезубец из стены и, добравшись до озера за три прыжка, вновь нырнул.

– Я нечаянно, - поспешил сказать я. Морской дьявол с трезубцем выглядел угрожающе. Он хмурился, отчего на гладком лбу собрались влажные складки, а его глаза хищно сузились, словно он собирался перед атакой. Морской дьявол смотрел на меня и ждал, а я боялся что-нибудь сделать не так, чтобы не разозлить его еще больше.

Вещи уже перестали падать, пыль медленно оседала на пол, но шум никуда не делся. Я прислушался и понял, что остров еще гудел, причем гораздо громче, отдаваясь вибрацией в груди и ушах. Я вспомнил, что это был за звук - это был приглушенный визг серебряного черепа на вершине горы кузнецов. Череп предупреждал, что волна идет.

Морской дьявол тоже услышал гул. Посмотрел за спину, потом на меня. И сказал отчего-то испуганным голосом:

– Вот гадство!
– он нервно залупил хвостом по воде: - Гадство!

– Я правда все починю.

– Нет! Не поэтому! Ты сейчас умрешь!

– Не надо, - я закрылся лапами. Я не хотел умирать.

– Гадство!
– завыл морской дьявол, не находя себе места. Вдруг он взвился и сказал: - Придумал! Видишь скафандр?
– гладкокожий гремлин показал стрелкой хвоста на железные доспехи для толстого гремлина: - Залезай!