Лирика
вернуться

Высоцкий Владимир Семенович
Шрифт:

1963

«Мы вместе грабили одну и ту же хату…»

Мы вместе грабили одну и ту же хату,В одну и ту же мы проникли щель, —Мы с ними встретились как три молочных брата,Друг друга не видавшие вообще.За хлеб и воду и за свободу —Спасибо нашему совейскому народу!За ночи в тюрьмах, допросы в МУРе —Спасибо нашей городской прокуратуре!Нас вместе переслали в порт Находку,Меня отпустят завтра, пустят завтра их, —Мы с ними встретились как три рубля на водку,И разошлись как водка на троих.За хлеб и воду и за свободу —Спасибо нашему совейскому народу!За ночи в тюрьмах, допросы в МУРе —Спасибо нашей городской прокуратуре!Как хорошо устроен белый свет! —Меня вчера отметили в приказе:Освободили раньше на пять лет, —И подпись: «Ворошилов, Георгадзе».За хлеб и воду и за свободу —Спасибо нашему совейскому народу!За ночи в тюрьмах, допросы в МУРе —Спасибо нашей городской прокуратуре!Да это ж математика богов:Меня ведь на двенадцать осудили, —У жизни отобрали семь годов,И пять – теперь обратно возвратили!За хлеб и воду и за природу —Спасибо нашему совейскому народу!За ночи в тюрьмах, допросы в МУРе —Спасибо нашей городской прокуратуре!

Про Сережку Фомина

Я рос как вся дворовая шпана —Мы пили водку, пели песни ночью, —И не любили мы Сережку ФоминаЗа то, что он всегда сосредоточен.Сидим раз у Сережки Фомина —Мы у него справляли наши встречи, —И вот о том, что началась война,Сказал нам Молотов в своей известной речи.В военкомате мне сказали: «Старина,Тебе броню дает родной завод «Компрессор»!»Я отказался, – а Сережку ФоминаСпасал от армии отец его, профессор.Кровь лью я за тебя, моя страна,И все же мое сердце негодует:Кровь лью я за Сережку Фомина —А он сидит и в ус себе не дует!Теперь небось он ходит по кинам —Там хроника про нас перед сеансом, —Сюда б сейчас Сережку Фомина —Чтоб побыл он на фронте на германском!…Но наконец закончилась война —С плеч сбросили мы словно тонны груза, —Встречаю я Сережку Фомина —А он Герой Советского Союза…

Штрафные батальоны

Всего лишь час дают на артобстрел —Всего лишь час пехоте передышки,Всего лишь час до самых главных дел:Кому – до ордена, ну а кому – до «вышки».За этот час не пишем ни строки —Молись богам войны, артиллеристам!Ведь мы ж не просто так – мы штрафники, —Нам не писать: «…считайте коммунистом».Перед атакой – водку, – вот мура!Свое отпили мы еще в гражданку,Поэтому мы не кричим «ура» —Со смертью мы играемся в молчанку.У штрафников один закон, один конец:Коли, руби фашистского бродягу,И если не поймаешь в грудь свинец —Медаль на грудь поймаешь за отвагу.Ты бей штыком, а лучше – бей рукой:Оно надежней, да оно и тише, —И ежели останешься живой —Гуляй, рванина, от рубля и выше!Считает враг: морально мы слабы, —За ним и лес, и города сожжены.Вы лучше лес рубите на гробы —В прорыв идут штрафные батальоны!Вот шесть ноль-ноль – и вот сейчас обстрел, —Ну, бог войны, давай без передышки!Всего лишь час до самых главных дел:Кому – до ордена, а большинству – до «вышки»…

1964

Антисемиты

Зачем мне считаться шпаной и бандитом —Не лучше ль податься мне в антисемиты:На их стороне хоть и нету законов, —Поддержка и энтузиазм миллионов.Решил я – и значит, кому-то быть битым.Но надо ж узнать, кто такие семиты, —А вдруг это очень приличные люди,А вдруг из-за них мне чего-нибудь будет!Но друг и учитель – алкаш в бакалее —Сказал, что семиты – простые евреи.Да это ж такое везение, братцы, —Теперь я спокоен – чего мне бояться!Я долго крепился, ведь благоговейноВсегда относился к Альберту Эйнштейну.Народ мне простит, но спрошу я невольно:Куда отнести мне Абрама Линкольна?Средь них – пострадавший от Сталина Каплер,Средь них – уважаемый мной Чарли Чаплин,Мой друг Рабинович и жертвы фашизма,И даже основоположник марксизма.Но тот же алкаш мне сказал после дельца,Что пьют они кровь христианских младенцев;И как-то в пивной мне ребята сказали,Что очень давно они Бога распяли!Им кровушки надо – они по запаркеЗамучили, гады, слона в зоопарке!Украли, я знаю, они у народаВесь хлеб урожая минувшего года!По Курской, Казанской железной дорогеПостроили дачи – живут там как боги…На всё я готов – на разбой и насилье, —И бью я жидов – и спасаю Россию!

Песня про Уголовный кодекс

Нам ни к чему сюжеты и интриги:Про всё мы знаем, про всё, чего ни дашь.Я, например, на свете лучшей книгойСчитаю Кодекс уголовный наш.И если мне неймется и не спитсяИли с похмелья нет на мне лица —Открою Кодекс на любой странице,И не могу – читаю до конца.Я не давал товарищам советы,Но знаю я – разбой у них в чести, —Вот только что я прочитал про это:Не ниже трех, не свыше десяти.Вы вдумайтесь в простые эти строки, —Что нам романы всех времен и стран! —В них есть бараки, длинные как сроки,Скандалы, драки, карты и обман…Сто лет бы мне не видеть этих строчек! —За каждой вижу чью-нибудь судьбу, —И радуюсь, когда статья – не очень:Ведь все же повезет кому-нибудь!И сердце бьется раненою птицей,Когда начну свою статью читать,И кровь в висках так ломится-стучится, —Как мусора, когда приходят брать.

1964

Песня о госпитале

Жил я с матерью и батейНа Арбате – здесь бы так! —А теперь я в медсанбате —На кровати, весь в бинтах…Что нам слава, что нам Клава —Медсестра – и белый свет!..Помер мой сосед, что справа,Тот, что слева, – еще нет.И однажды, как в угаре,Тот сосед, что слева, мнеВдруг сказал: «Послушай, парень,У тебя ноги-то нет».Как же так? Неправда, братцы, —Он, наверно, пошутил!«Мы отрежем только пальцы» —Так мне доктор говорил.Но сосед, который слева,Все смеялся, все шутил,Даже если ночью бредил —Все про ногу говорил.Издевался: мол, не встанешь,Не увидишь, мол, жены!..Поглядел бы ты, товарищ,На себя со стороны!Если б был я не калекаИ слезал с кровати вниз —Я б тому, который слева,Просто глотку перегрыз!Умолял сестричку КлавуПоказать, какой я стал…Был бы жив сосед, что справа, —Он бы правду мне сказал!..

1964

Все ушли на фронт

Все срока уже закончены,А у лагерных ворот,Что крест-накрест заколочены, —Надпись: «Все ушли на фронт».За грехи за наши нас простят,Ведь у нас такой народ:Если Родина в опасности —Значит, всем идти на фронт.Там год – за три, если Бог хранит, —Как и в лагере зачет.Нынче мы на равных с вохрами —Нынче всем идти на фронт.У начальника Березкина —Ох и гонор, ох и понт! —И душа – крест-накрест досками, —Но и он пошел на фронт.Лучше было – сразу в тыл его:Только с нами был он смел, —Высшей мерой наградил егоТрибунал за самострел.Ну а мы – всё оправдали мы, —Наградили нас потом:Кто живые, тех – медалями,А кто мертвые – крестом.И другие заключенныеПусть читают у воротНашу память застекленную —Надпись: «Все ушли на фронт»…

1964

Песня про стукача

В наш тесный круг не каждый попадал,И я однажды – проклятая дата —Его привел с собою и сказал:«Со мною он – нальем ему, ребята!»Он пил как все и был как будто рад,А мы – его мы встретили как брата…А он назавтра продал всех подряд, —Ошибся я – простите мне, ребята!Суда не помню – было мне невмочь,Потом – барак, холодный как могила, —Казалось мне – кругом сплошная ночь,Тем более что так оно и было.Я сохраню хотя б остаток сил, —Он думает – отсюда нет возврата,Он слишком рано нас похоронил, —Ошибся он – поверьте мне, ребята!И день наступит – ночь не на года, —Я попрошу, когда придет расплата:«Ведь это я привел его тогда —И вы его отдайте мне, ребята!..»