— Лэсс Ширэт, Вы так и собираетесь стоять? — поинтересовался меж тем Эйтан, — Я согласился простить Вам некоторые Ваши ошибки в обмен на отступление от некоторых канонов ритуала; однако, терпение мое не безгранично. Еще минута промедления — и Вы отправитесь в тюрьму.

— Да, Ваше Величество! — отвесив поклон в пояс, Жрец метнулся в сторону неприметной двери, скрывающей, видимо, проход в хозяйственные помещения. Мы с Императором остались наедине.

— Сейчас самый лучший момент для того, чтобы отказаться от этой идеи, — сообщил мне Змей доверительно.

— Понимаю, — приторно улыбнулась я в ответ. Некоторое время мы постояли, буравя друг друга взглядами. Молчаливое противостояние наше прервал неслышно подошедший Советник, молвивший:

— Ваше Величество, я стану гарантом ритуала, ибо Отцу нашему угодна эта женщина. Удача будет сопутствовать ей, и Сущности благосклонны к начинанию её.

— Благодарю, — бросил Эйтан раздраженно; кажется, в глубине души он надеялся, что Советник скажет нечто иное.

Меж тем старик переключил внимание на меня.

— Распустите Ваши волосы, Госпожа, — попросил он со странной почтительностью. Неизвестность к тому мгновению основательно потрепала мой несчастный разум, отзываясь нервной дрожью в руках. Путаясь во многочисленных заколках и шпильках, я принялась буквально вырывать их из прически, зачастую — вместе с волосами. Хотелось просто побыстрее покончить с этим и оказаться как можно дальше ото всех людей, чтобы иметь возможность вдоволь побыть в одиночестве и обдумать произошедшее.

Эйтан, видя мои издевательства над столь любимыми им волосами, отвел мои ладони и принялся сам осторожно разбирать мою прическу. Повинуясь властным рукам, я спрятала лицо у него на груди и прикрыла глаза, наслаждаясь упавшей темнотой. Судя по звукам, Жрец вернулся, чем-то позвякивая, и быстро прошёл мимо нас в сторону трёх алтарей, стоявших вне Солнечного Круга. На мгновение я воспряла духом, решив, что Эйтан избрал Печать Баака, но потом вспомнила, что Жрецы Энатхо не имеют права проводить ритуал для тёмного владыки. По спине моей пробежал холодок, когда я осознала, что из всех Сущностей, чьи кумиры располагались в том углу святилища, только Лумати, Матушка Дракона, отзовётся на призывы Жреца.

Искренне надеясь, что ошибаюсь, я отстранилась от Императора и быстро оглянулась. Как выяснилось, только для того, чтобы удостовериться: для ритуала действительно готовят алтарь костяной богини.

Нет, он издевается.

Проследив за моим взглядом, Император едва заметно усмехнулся, подтверждая правильность моих предположений.

— Да ты спятил, — пробормотала я. Его Императорское Величество вежливо напомнили:

— Ты можешь отказаться.

Ну да, конечно.

Прочитав ответ по моим глазам, Змей хмыкнул:

— Или проходи обряд Дара Лумати, или — возвращайся в Павильон. Ни на что иное я не согласен.

Я растеряно уставилась на чистое чело костяной богини, и мне почудилось, что она с не меньшим скепсисом взирает на меня. Признаться, её сомнения были мне вполне понятны: кем-кем, а «послушной юной особой, чистоплотной, скромной, разумной, пунктуальной и полной всяческих благ» я себя точно не считала. Между тем, именно таковой описывалась в «Наставлениях Лумати» женщина, достойная стать Даром Богини.

— Эйтан, это плохая идея, — постаралась я как можно осторожней донести до венценосного кретина очевидное. Эйтан же, почуяв слабину, равнодушно напомнил:

— Ты сама дала мне право выбрать ритуал; я выбрал. Не нравится — возвращайся в кровать, там тебе самое место.

На самом деле, это он зря сказал. Я в этом смысле странно устроена: как только кто-то начинает сомневаться в моих силах, во мне тут же просыпаются невиданные доселе резервы. В этот раз случилось точно так же: раздражение вытеснило страх, заставив меня собраться и успокоиться.

— Что же, согласна. Я пройду ритуал, — безмятежно отозвалась ваша покорная слуга, после с удовольствием проследив, как изумленно расширяются глаза Змея.

Тут, думаю, я должна кое-что прояснить. Ритуал, зачастую именуемый Даром Богини, был, по сути своей, древней формой заключения брака меж Императором и любимой наложницей. Распространена сия традиция была ещё до прихода Большой Воды, в более поздние времена её постепенно заменили на менее радикальные методы.

Итак, в чем была суть ритуала? Признаться честно, я и сама знала об этом очень мало. Что мне было известно доподлинно, так это то, что после прохождения этого обряда я не смогу иметь детей ни от кого, кроме Императора, не смогу ни за кого выйти замуж, будучи, фактически, собственностью Змея, и не смогу без него долго. В буквальном смысле, как человек, подсевший на гэш, желает побыстрее заполучить новую дозу, так и женщина-дар будет жаждать общества своего хозяина, не имея возможности никогда избавиться от этого наваждения.

Признаюсь честно, поначалу перспектива подобная напугала меня до нервной дрожи. Я, всю жизнь ставившая свободу на пьедестал своего мира, испугалась настолько полной и безоговорочной зависимости от другого человека.

Но ужас мой прошёл в тот момент, когда я посоветовала себе быть честной с самой собой и признать, наконец: этот обряд мало что изменит в моей жизни.

— Идём, — бросил Змей, и я послушно последовала за ним к костяному кумиру. Жрец успел развить у его подножия бурную деятельность: в специально отведённой чаше полыхал огонь, осколки различных минералов образовывали ровный круг, а маленькая рысь, заготовленная, видимо, в качестве жертвы, тщетно и безнадёжно пыталась высвободиться из сдерживающей её клетки. Животное мне, разумеется, стало жаль, но прерывать ритуал из-за такой малости я не стала. Повинуясь небрежному жесту Змея, я зашла в круг и медленно опустилась на колени. Мой Император, напряженный и собранный, подошёл и замер за пределами камней, неотрывно глядя на меня. Жрец зашептал что-то, взывая к силе божественной матери. Камни вокруг меня мягко засияли, и, чтобы отвлечься от зарождающегося в душе страха, я подняла взгляд вверх и стала неотрывно смотреть в его глаза.