– По нашим данным он является старшим сыном Первой воительницы малоизученного нами клана "Двенадцати ветвей", известного, как "Тень древа дракона". Думаю, его смерть может сказаться на поставке медикаментов, оружия, ну и некоторых, так сказать, "элементов", необходимых нашей организации.

В этот раз молчание оказалось долгим и продолжительным.

– Я полагаю, это еще не все?

– Конечно, - Оскал Кенсея заставил вздрогнуть операторов видеоконтроля, присутствовавших в зале.
– По предоставленной мне от агента информации парень пока находится "вне юрисдикции" клана, так как проходит обучение и находится на полной ответственности Редзанпаку. Так что действовать придется официально, без излюбленных "тихих" и "непонятных" смертей. Мастерам запрещается вмешиваться в бой учеников, а по сему, любое вмешательство, вроде того, что продемонстрировали нам Ри Тенмон и французская идиотка Кристофа Эклер... Полное пренебрежение традициям войны учеников! И как после этого воспитывать подрастающее поколение?

Внезапно ожил выключенный экран отсутствующей Первой тени. С тихим жужжанием он выдвинулся из ложемента и, развернувшись камерой в сторону Акиры Хонго и его ученика, замер. На экране вместо изображения переговорщика или "черного" экрана появилась эмблема Первой Тени.

– Канно Шо!
– прозвучало в тишине.
– Готов ли ты к тому, к чему тебя готовили всю твою жизнь?

– ДА!
– парень вытянулся в струнку, словно рядовой перед сержантом.

– Хорошо. У тебя будет возможность доказать, что наши надежды оправданы и ты сможешь победить Первого ученика Редзанпаку!

– Спасибо за оказанное доверие, Фуринзи-доно!
– после чего он склонился в традиционном поклоне.

Когда он выпрямился, в его глазах впервые появились искорки нетерпения, вытеснившие скуку, одолевавшую его с раннего утра.

– Прекрасно!
– слово вновь взял Кенсей.
– С появлением Первой Тени мы можем перейти к отложенному первому воп...

Кенсей замолчал, задумчиво разглядывая, как потухший экран Первой Тени с тихим жужжанием приходит в первоначальное состояние.

"Опять! И почему я должен постоянно отдуваться за манкирующего своими обязанностями лидера?
– Мысленно тяжело вздохнул Кенсей - Хотя..."

– Похоже, первый наболевший вопрос придется все-таки отложить. На этом закончим наше совещание.

Экраны конференцсвязи один за другим стали отключаться. Кенсей, поморщившись, накинул капюшон и полуразмытой тенью покинул зал.

На упавшем после спешного ухода восточной шпионки экране компьютера, слегка подрагивая, застыло изображение первого ученика Редзанпаку.

Спокойно подойдя к нему, Канно Шо какое-то время молча разглядывал "смертника", которого ему предстоит отправить в небытие. Удар ногой в дисплей привел к преждевременной его, экрана, кончине. Запахло горелой изоляцией.

"Странно, первый человек, сумевший вызвать во мне раздражение! У меня возникает сильное желание разбить ему морду!"

Тут он заметил поднимающегося по лестнице учителя.

– Учитель, подождите меня...

Меня пригласили на очередной разбор полетов. Мию и Ренка вроде бы тоже присутствовали, но... как-то отдельно, в качестве наблюдателей. Похоже, у учителей произошел очередной бзик, и они решили привнести что-то новое в расписание... или меня сейчас будут выгонять за разгром курорта...

– Кеничи-кун!
– От голоса Старейшего я вздрогнул.
– У нас появилась довольно таки большая проблема. И эта проблема - ТЫ!

Учителя немигающим взглядом смотрели на меня. Давление жажды крови их аур было просто чудовищным! Единственными, кто смотрел на меня спокойно, была "прекрасная половина": Мию, Ренка и Сигуре. Словно от меня чего-то ждали...

"Либо меня и вправду выгоняют, либо - последняя проверка на вшивость".

– И каков итог?
– Я внимательно посмотрел в глаза Старейшего.

– Тебе представляется выбор. В этот раз - последний. Мы готовы принять тебя в свою "семью", но именно это и приведет к твоей гибели.

"Все-таки выгонять не будут... канон - каноном, а реальная жизнь - это совсем другое! Да и выбора особого нет, за каким-то х... меня засунули в тело Сирохамы, думаю, отказ только приведет к расторжению контракта и меня попросту убьют ученики Тьмы, чтобы не было даже намека на поползновения на их превосходство. Или же меня разберут на органы уже наши психованные златоглазки".

– Выбор... выбор я сделал еще в день, когда пришел проситься на обучение.

– Ты понимаешь, что в девяноста девяти и девяти десятых случая умрешь?

– Все когда-нибудь умрут, жизнь человека - это длинная лестница, ведущая нас к смерти. Мы умираем с первого вздоха в этом грешном мире.
– Коэтсуджи внимательно вслушиваясь, довольно теребил ус. Похоже, данную тираду он отнес к своему обучению.
– Momento mori, как говорили в свое время древние греки.

– Итак, ответ принят. Акисаме?