Рафаэль переводил взгляд с Даны на меня и обратно, а потом печально вздохнул и вжал голову в плечи.

— Она права, — сказал я. — Нам действительно нужен твой совет. Дело дрянь.

Моя последняя фраза окончательно вывела Великого Судью из состояния равновесия. Он вскочил и развел руками.

— Дело дрянь?! — переспросил он. — Вы рассуждаете так, будто я обязан знать, что делать! А если я не знаю?! Не могу ведь я знать все!

— Вот чего нам действительно не хватало — так это истерики, — закивала Дана, скрестив руки на груди. — Пожалуй, следует пойти поговорить с господином Магистром, да?

— Дана, хватит. — Я подошел к Рафаэлю и положил ему руку на плечо. — Все в определенный момент испытывают затруднения, и Судьи — не исключение. Дай нам еще пару суток. Мы осмотрим лес вокруг: не думаю, что вампиры — если это они — спрятали бы дочь короля далеко от того места, где расположился клан. Мы возьмем с собой кого-нибудь из карателей и тщательно проверим окрестности. Если ничего не найдем, будем решать проблему иначе.

— Хорошо, папочка Винсент, — язвительно проговорила Дана, подходя к полкам и делая вид, что внимательно изучает книги.

— Хорошо, — с видом приговоренного к развоплощению кивнул Рафаэль. — Только старших карателей в Храме нет… была Веста, но она уехала сутки назад. Но могу предложить парочку младших.

Договорившись с младшими карателями о месте и времени встречи — подножие горы, на перекрестке у самого леса, за пару часов до восхода (в такой час вампиры были наименее бдительными, и мы располагали большим количеством шансов поймать их с поличным) — мы с Даной отправились в обратный путь. Довольно долго мы молчали, и она, наконец, сдалась.

— Иногда тебе следует быть пожестче, Винсент, — уведомила меня она.

— Иногда тебе следует понимать, что угрозы — это не выход, — ответил я в тон ей.

— И что прикажешь делать? Может, нужно было расцеловать его в обе щечки?

— Не нравится мне вся эта история.

Мы спустились с горы и пустили довольных свободой лошадей по равнине рысью.

— Знаешь, что я об этом думаю? — спросила Дана. — Ее вполне мог «украсть» кто-то из многочисленных женишков. Уверена, к ней половина эльфов подбивала клинья. А если предположить, что она — дочь короля, как-никак — девочка с характером, то вполне могла отвергнуть выбор папочки и за милую душу сбежать с любовью своей жизни.

— Это вряд ли. Деревня у них крошечная — все заметили бы пропажу еще одного эльфа, а потом запросто сопоставили бы факты. Умом их Великая Тьма не обделила. Одно могу сказать тебе точно: этот Раис не имеет никакого отношения к дочери короля.

— Предположения!

— Интуиция.

На этом тема была закрыта, и мы с Даной принялись обсуждать не связанные с эльфами и вампирами вещи. Я рассказал ей о том, как прошло мое недавнее путешествие на Крит, она поделилась со мной «тяготами» светской жизни в Париже. Когда мы подъехали к уже знакомому нам перекрестку (направо — гнездо вампиров, налево — деревня эльфов), солнце уже почти спряталось за горизонт, а Рафаэль, будущую подругу которого мы обсуждали на тот момент, остался свободным от накладываемых клятвой предназначения обязательств — проще говоря, счастливым — существом. Потенциальная подруга, по мнению Даны, тоже была счастлива — хотя бы потому, что подходящую кандидатуру мы так и не выбрали.

— Пожалуй, вчера я не наелась, — огласила программу вечера Дана. — А ты поезжай к безутешному папе. Поговорите по душам. И не шалите сверх меры. Встретимся завтра.

В деревню я заявился в самый неподходящий момент — как раз посреди ужина. Впрочем, король Вур и придворные эльфы явно были другого мнения. Меня усадили за стол на почетное место — по правую руку от его величества — и, несмотря на мои вежливые уверения в том, что я не голоден, накормили до отвала. В качестве десерта подали фрукты и охлажденное вино, и, пока все в торжественном молчании заканчивали ужин, одна из девушек играла нам на лире, а вторая пела высоким чистым голосом древнюю балладу.

Слева от короля сидели двое мальчиков. Один, чуть постарше, сероглазый и светлокожий, почти не притрагивался к еде и с мечтательным видом слушал музыку, глядя куда-то вдаль. Второй, помладше, смуглый, беспокойно вертел головой и изучал окружающих.

— Это мои сыновья, — заговорил король Вур, поймав мой взгляд. — Муса и Александр.

— Великий.

Светлокожий мальчик кивнул мне и снова сосредоточился на музыке. А маленький Александр смотрел на меня в упор. У него были живые и вместе с тем внимательные темно-карие глаза — взгляд ребенка, время от времени задающего совсем не детские вопросы. Что-то очень знакомое я уловил в этом взгляде… Младший сын короля эльфов тем временем открыто и дружелюбно улыбнулся мне — так, будто нас связывали долгие годы близкой дружбы. Я улыбнулся в ответ и протянул мальчику очищенный апельсин, лежавший на моей тарелке. Александр коротко поблагодарил меня и разделил фрукт на две половинки.

— А теперь — танцы, — с улыбкой произнесла игравшая на лире девушка и повернулась ко мне. — Почетный гость выбирает пару первым, Великий.

Танцы на полный желудок казались мне сомнительным удовольствием, и я ответил на предложение вежливым отказом, но скоро понял, что остался в меньшинстве: даже король Вур, несмотря на сытный ужин, отплясывал в компании молодых эльфов с явным удовольствием (винные пары сделали свое дело). Меланхоличный Муса до сих пор сидел на своем месте, прикрыв глаза и легко покачиваясь в такт музыке. Александр доел апельсин, а потом занял место отца, сев ближе ко мне. Несколько минут он молчал, а потом привстал и шепнул: