— Первые спектакли, которые были даны за этот месяц, имели необычный и неожиданный успех. Этот успех был настолько существенным и значительным, что даже белградский Народный театр мог бы ему позавидовать. Мало того, это успех моральный. Театральный зал регулярно заполняли не только чиновники и переселенцы, но и местная публика.

Скерлич сказал, что за короткое время скопльский театр стал бастионом национальной культуры, и это было признание заслуг Бранислава Нушича. Мы не знаем их личных взаимоотношений в последние годы жизни Скерлича (он умер в 1914 году), но, возможно, фраза Нушича о том, что знаменитый критик «во многом изменил свое мнение», основывается не только на его речи в скупщине.

Стараниями Скерлича деньги на строительство нового здания были отпущены, но пока труппе приходилось совершать турне по другим городам, а в Скопле давать спектакли во временном помещении.

Двадцать восьмого июня, в годовщину Косовской битвы, театр показал одну из исторических трагедий, посвященных этому событию. Случилось так, что на спектакль были приглашены крестьяне из окрестных сел. Увидев на сцене знакомых по эпосу героев — царя Лазаря, Милоша Обилича, Юга-Богдана и других, — зал разразился бурными аплодисментами. Почти все зрители были в театре впервые, их неподдельное ликование приводило актеров в восторг.

Но играть было тяжело. Летом в Скопле очень жарко. Актеры задыхались в пышных костюмах, париках, бородах… В артистических уборных временного помещения было очень тесно, и при малейшем перерыве актеры выскакивали на улицу глотнуть свежего воздуха.

После спектакля крестьяне не разошлись, а послали на поиски Нушича делегацию во главе с попом и сельскими старостами.

— Что вам угодно? — любезно спросил делегацию директор.

— Царя Лазаря! — в один голос ответили крестьяне.

Выяснилось, что весь зал желает продефилировать перед царем Лазарем и поцеловать ему руку. Нушич попытался объяснить крестьянам, что героя играет обыкновенный человек, актер.

— Да знаем мы это, — ответили ему. — А икона, которую мы целуем, разве она не так же намалевана, как ваш актер?

Крестьянская логика заставила директора сдаться. Он понял, что крестьяне по-своему хотят заплатить дань признательности потрясшему их искусству. Целовать же руку старшим у славян было в обычае.

Пришлось актеру Луке Поповичу, игравшему царя Лазаря, снова загримироваться, одеться и выйти к зрителям. Процедура целования руки продолжалась довольно долго, актер взмок и измучился. Ему приходилось продолжать игру, придумывать приличествующие случаю слова. Он признался, что не волновался так, даже играя Гамлета, и попросил директора никогда больше не заставлять его играть в Скопле царя Лазаря.

Играть ему больше не пришлось. В ту же ночь пришла весть о том, что в Сараеве убит австрийский эрцгерцог Фердинанд.

А было это так:

28 июня 1914 года, в годовщину Косовской битвы, в Сараево прибыл специальный поезд. Из него вышли австрийский эрцгерцог Франц-Фердинанд и его супруга. Наследник престола Габсбургов и фельдмаршал был в форме кавалерийского генерала.

Жена его София, высокая, черноглазая женщина с острым подбородком, принадлежала к старинному, но обедневшему роду чешских графов Котеков. Франц-Фердинанд женился на ней по любви, против воли своего дяди — императора Франца-Иосифа. Брак их считался морганатическим.

На перроне высочайшую чету встречал правитель Боснии и Герцеговины генерал Потьорек. Франц-Фердинанд приехал с маневров, которые демонстративно проводили у западных границ Сербии Пятнадцатый и Шестнадцатый армейские корпуса.

Потьорек предложил эрцгерцогу осмотреть город, живописно раскинувшийся на холмах в долине реки Миляцки. Впереди и позади зеленой спортивной машины эрцгерцога ехали в автомобилях агенты службы безопасности и свита.

В 10 часов 10 минут утра высокий молодой человек бросил гранату в машину Франца-Фердинанда, медленно проезжавшую по набережной. Гранату смахнули с тента, и она взорвалась под колесом следующей машины. Осколки ее никого не задели. Эрцгерцог приказал прибавить ходу.

— Das ist sch"on! Da kommt man zu Besuch in diese Stadt, und wird mit Bomben empfangen! [21] — сказал Франц-Фердинанд. — Это какой-то сумасшедший. Господа, продолжим программу…

Следующим пунктом программы была встреча с именитыми жителями Сараева в городской ратуше. По одну сторону там стояли богатые мусульмане в фесках, по другую — христиане во фраках, с цилиндрами в руках. На улицах было народу немного, но в ратушу верноподданные набились плотно.