— Нам необходимо уничтожить, как я понимаю, центральный модуль?

— Именно так. Найти и уничтожить. Любым доступным вам способом. И помнить при этом, что он будет постоянно наблюдать за вами и пытаться уничтожить, в свою очередь, вас… Тоже любыми способами…

Генерал задумался на несколько секунд и задал наконец последний из интересующих его вопросов:

— А на этой станции… будет чем дышать?

— Полагаю, будет. Для нормального функционирования биокомпьютера необходима привычная ему атмосфера — азот, кислород, углекислота, водяные пары, следовые количества инертных газов… Впрочем, это не проблема — тем, кто пойдет на станцию, я дам химические газосинтезаторы.

— Ладно… — По внешнему виду Юрия Сергеевича было не понять, удовлетворен ли он полученным ответом. — Кстати, вы еще упоминали о каких-то роботах или киборгах — я в этом не разбираюсь… Все эти фильмы… чушь полнейшая… н-да… — Генерал, склонив седую голову, смущенно улыбнулся, словно испытывая стыд за то, что не любил смотреть заполонившие телеэкраны фантастические фильмы "про роботов"…

Хранительница же, наоборот, неожиданно стала весьма серьезной:

— Хороший вопрос… Основное предназначение боевых станций Завоевателей — как раз доставка к выбранной планете армии вторжения — миллионов механических солдат, готовых выполнить любой приказ своих хозяев. Именно механических, заметьте — Завоеватели использовали для захвата планет только роботов, неспособных думать и обладающих минимальными возможностями к самообучению. Им нужны были примитивные исполнители, а вовсе не интеллектуальные воины. Кроме того, так было экономически выгоднее — в режиме ожидания роботы не требовали ни пищи, ни энергии, ни воздуха для дыхания…

— Странно… — задумчиво протянул генерал. — Биотехнологическая цивилизация использует механизмы… Впрочем, какая разница… Что они собой представляли?

Обира беспомощно вздохнула:

— Увы, этого я тоже не знаю. Завоеватели выбирали для своей экспансии миры, похожие на ваш. Так что, я думаю, их солдаты внешне наверняка напоминают гуманоидов — в подобных земным условиях прямоходящий организм наиболее приспособлен. Хотя, возможно, я и ошибаюсь…

— Ясно… Но как вы считаете — эти… роботы могут быть до сих пор боеспособными?

— Миллион лет — слишком большой срок… Очень большой… Возможно, да, а возможно, и нет… Они не способны к самовосстановлению, кроме того, им необходима энергия… Думаю, шансы, что они давным-давно превратились в ржавые окислившиеся обломки (не забывайте — атмосфера станции насыщена кислородом и водяными парами), достаточно велики…

Ответить генерал не успел — в проеме двери, как всегда бесшумно, появился Окунев:

— Товарищ генерал, экскурсионная группа диверсионного спецназа ГРУ и примкнувших к ней немецко-фашистских интуристов с осмотра достопримечательностей и мест, где никогда не был Владимир Ильич Ленин, прибыла. Потерь и попросивших политического убежища у местных властей нет. Город пуст, как голова прапорщика… Ух ты… — не в тему закончил он свой шутливый "доклад", увидев сидящую Хранительницу. — Чистое здоровье…

— Разрешите общение не по уставу, товарищ гене…

— Не разрешаю, лейтенант! — Музыкальный вклинился между готовым шагнуть в комнату Окунем и с интересом наблюдающей за происходящим Обирой и легонько вытолкал разочарованного старлея на лестницу. — Иди вниз, Андрей. Остальные вернулись?

— Почти. Анаболик где-то потерялся — ну вы ж его знаете — вернется…

— Ладно. Я тебе потом все объясню — не до тебя сейчас…

Все еще пытающийся украдкой заглянуть в комнату Окунь мгновенно (этого у него было не отнять — несмотря на прочную репутацию дамского любимца (и любителя дам), Окунев никогда не позволял своей, как он сам говорил, "маленькой безобидной слабости" мешать выполнению поставленной задачи) стал серьезным:

— Что-то случилось? Проблемы? Поднять ребят?

— Отдыхай пока. А насчет случилось… Тут не просто случилось, Андрюша, тут полный, как ты говоришь, "звездец" на носу…

— Понял. Уже ухожу. Если что — я внизу… — Он развернулся и понесся вниз по лестнице, успев-таки бросить короткий взгляд в притягивающую его, как магнит, комнату.

"Ох, стервец, — усмехнулся генерал, — и как это ты опоздал?! Да уж, не повезло — место, боюсь, занято". Юрий Сергеевич постоял на пороге еще несколько секунд, с улыбкой слушая доносящуюся с улицы жизнерадостную болтовню Окунева: "Эй, фрицы, Крюка не видели? А, вот ты где, старина, — слушай, тут такое дело…" — и вернулся в зал. Подходя к столу, встретился взглядом с Хранительницей и, грустно улыбнувшись ей, сказал:

— Думаю, сударыня, пора перекусить. После обеда я, с вашего позволения, хотел бы еще кое-что с вами обсудить…

Начинающийся в камине потайной ход оказался отнюдь не единственным в Спящем Городе — под его древними улицами раскинулся самый настоящий лабиринт, протяженности и запутанности которого могли бы позавидовать даже знаменитые одесские катакомбы. Впрочем, идти оказалось недалеко — минут через десять офицеры вошли — вслед за уверенно ориентирующейся в хитросплетениях подземных коридоров Хранительницей — в просторный зал, освещаемый мягким светом настенных люминесцентных панелей.

Более всего место, где они находились, напоминало аппаратную какой-нибудь секретной научно-исследовательской лаборатории… или готовые к съемкам декорации крупнобюджетного фантастического фильма. Обилие приборов, о назначении коих можно было только догадываться, завораживало и пугало. Приборы были везде — крепились к стенам, стояли на полу и даже спускались на массивных кронштейнах с потолка. Самым же удивительным было то, что все они работали. Юрию Сергеевичу даже пришло в голову, что, возможно, именно здесь, в этих самых непонятных аппаратах, живет само Время… Улыбнувшись про себя этой наивной мысли, он деловито, хотя и не без легкой иронии, осведомился: