— … и хорошо мне знаком, — договорил землянин, погружаясь в ощущения. Источник жизни и вправду навевал знакомые ощущения близости собрата.

— Я могу взять его кровь?

— Нет, это не твоя цель, оставь его. Помимо адаптации к солнечной радиации тебе придётся научить свой народ чуять запах иной крови. Не человека, не Тлай Ху. Понимаешь, вы настроены на животворящие соки, бегающие по жилам разных существ, но существ СВОЕГО мира… попробуй ощутить жизнь в жилах всех типов существ. Услышь любое биение сердец!

— Я не могу сконцентрироваться! Ты обещал нам защиту! — Принялся паниковать второй предводитель упырей, глядя на всё пребывающие орды обезумевших от голода и боли кровососов, ожидающих приказов. Некоторые уже начали выяснять отношения, ощущая неудобство под палящим солнцем и боль. Боль ГОЛОДА.

Упыри, едва прибывая, падали на землю, пытаясь закрыть глаза и лицо от солнца. Оно жгло их как кусок мяса раскалённая сковородка.

— Не скули, я пытаюсь разобраться в ситуации! — Обронил спокойно Сергий. — Я укрою тебя от солнца, твоя адаптация будет постепенная. Концентрируйся неспешно. Сосредоточься.

Рыжий оглянулся на корчащихся в судорогах упырей, скрывающих кожу от солнца и старающихся залезть хоть друг под друга, лишь бы избежать его смертоносных лучей.

— Протяни чуть дольше, верховный Тлай Ху и с серокожими будет воевать армия трупов! — обронил дерзко рыжий.

— Этот вариант меня бы устроил. Отец подобное не предусмотрел… Но мы постараемся его избежать. Как Старейшина укрывал вас от солнца днём? Если не ошибаюсь, вы ходите под лучами солнца только со дня битвы у Храма. Прошло совсем немного времени с тех пор.

— Это так. Но ответа я не знаю. Ты спроси у Старейшины сам, когда ступит на эту проклятую землю последним! — Терял терпение второй предводитель. — Только ответ услышим мы вдвоём, а эти вокруг уже будут удобрять землю, если не поторопишься с защитой!

— Мне нужно время, чтобы определить местонахождение серокожих! — Резко, полным уверенности в своих силах голосом, ответил Скорпион. — Я должен научить этому тебя, чтобы ты отдал приказ всем упырям.

— У нас нет времени! — Почти рявкнул рыжий. Он получил «козырёк» защиты от землянина, но сразу этого не заметил.

— Пока не пришёл Старейшина — пожертвуй часть армии! — Крикнул Сергий, собирая силы в кучу, чтобы в случае чего уничтожить рыжего по возможности одним ударом.

— Каннибализм? — Оторопело обронил вампир.

— Природный отбор, — буркнул землянин, недвусмысленно показывая, что судьба упырей в руках рыжего предводителя. — Пусть сильнейшие пожрут плоть слабейших. Выиграй немного времени.

— Старейшина тогда пожрёт меня!

— Ты под защитой. Ты выживешь, но решайся, потерять всё или протянуть до последнего с как можно большим количеством солдат. Сейчас ты, а не Старейшина принимаешь решение.

Рыжий отвернулся от Сергия, временно ментально снимая часть ограничивающих законов для новообращённых упырей и зрелых вампиров. На каждый десяток кровососов выпал один из собратьев, чья плоть отныне послужила пищей для неживых.

Оглушающий рёв прокатился над землёй порталов. Армия упырей расползлась по окрестности, теряя одним решением рыжего сразу десятую свою часть.

Ещё треть не доживёт до появления Старейшины. Прежде, чем закроются порталы, мёртвая земля уложиться рядами павших от смертоносных лучей солнца упырей.

До первой ночи, подкреплённая плотью собратьев, доживёт лишь треть телепортируемой армии.

Но пока об этом никто не думал…

«Отец, ты рассчитывал на то, что я уничтожу больше половины армии кровососов? Или это вышло случайно? Ты помог многим: Камню продолжить эксперимент, мне спасти хоть горстку обречённых Тлай Ху, Старейшине уничтожить медленно, но верно берущий над ним верх эгрегор, который отныне будет чахнуть, пока совсем не исчезнет, лишённый подпитки, даже упырям помог избавиться от слабейших в армии. Если так, то в плане есть изъян — главного в плане не учёл. Ведь серокожих ещё надо найти, чтобы вампиры взяли свою кровь, и развитая звёздная раса отвлеклась от любых интересов, связанных с Землёй. И для этого у тебя есть только я? Как система подстраховки?»

Об этом всём раздумывал Скорпион, шаг за шагом приближаясь к единственной на много километров ощутимой жизни в округе.

Сердце радостно забилось. Ощущения не могли подводить.

Он был закопан в земле. Пришлось немного ощутить себя кротом, вкапываясь голыми руками в иссушенный солнцем холм.

Прокопав землю ногтями почти на локоть, Сергий коснулся лохматой головы. С криком на волю из норы вырвалось грязное, обнажённое, истощавшее, но такое родное существо с самодельным ножом, сделанным то ли из костей какого-то животного, то ли из обрезка металла.