Как известно, после победы над Шамилем в Тифлисе был создан Кавказский военно-исторический музей (храм Славы). Основателем музея и многолетним его директором являлся выдающийся историк Кавказа генерал-лейтенант Василий Александрович Потто. В музее была собрана уникальная и обширнейшая коллекция. Если не в этой коллекции, то где же еще могли сохраниться документы о Дюма? Другого более богатого собрания сведений о Кавказе середины XIX столетия нигде не существовало.

Но в 20-х годах музей расформировали и большинство его экспонатов (в том числе коллекцию князя Барятинского) перевезли в столицу Советского Дагестана. Под руководством историка Д. М. Павлова на основе этой коллекции в Махачкале было создано два музея — Объединенный краеведческий и Изобразительного искусства. Часть экспонатов была передана в различные библиотеки Махачкалы и других городов Дагестана. Если бы эта коллекция оказалась только разрозненной, большой беды не было бы. Непоправимо другое большая часть коллекции бесследно исчезла, повреждена или просто-напросто выброшена, либо, в лучшем случае, передана в частные руки. Фактически она прекратила свое существование.

Не сохранилось, естественно, никаких упоминаний о путешествии Дюма по Дагестану, а ведь ради этого я исколесил весь Дагестан, побывав почти во всех местах, которые когда-то посетил Дюма…

Итак отправимся по маршруту Дюма. От Махачкалы до Кизляра четыре часа езды. По отличной дороге мчатся разноцветные «Икарусы». Здесь, в Кизляре, в 1765 году родился Петр Иванович Багратион, прославленный русский полководец. Именем Багратиона назван местный филиал Дагестанского объединенного краеведческого музея.

За двадцать лет до приезда Дюма комендантом Кизлярской крепости был известный теоретик литературы пушкинской эпохи декабрист Павел Александрович Катенин (1792–1853).

На доме № 29 по улице Демьяна Бедного — мемориальная доска, указывающая, что в доме этом жили Суворов, Катенин, Бестужев-Марлинский, Лермонтов и художник В. И. Иванов, побывавший в Кизляре в 1872 году. Он создал три картины на местные сюжеты. В каком доме останавливался Дюма, неизвестно, но, наверное, в этом же, либо где-то поблизости. Можно было бы добавить и имя Дюма к этим славным именам.

Несколько раз бывал в Кизляре и Лев Толстой. Останавливался он в доме Шамирова.

Не случайно, что два таких разных по возрасту и психологии, по художественным и идейным установкам писателя — А. Дюма и Л. Толстой — в принципе похоже изобразили события 1850-х годов на Кавказе.

Дюма верно отметил характерную особенность основного промысла кизлярцев — виноделие. В 1888 году здесь, впервые в России, был открыт коньячный завод.

Кизляр — своеобразный оазис средь бесконечной степи. Так было по описанию Дюма и в ноябре 1858 года. Я приехал во второй половине декабря, погода мало отличалась от ноябрьской: дождь, мокрый снег, ветер…

Из Кизляра Дюма направился в Шуковую — переправился на другой берег Терека, миновал станицу Щербаковскую, казачий Сухой пост и вскоре оказался в Шуковой, что находится, как сообщал писатель, в 500 шагах от Терека.

Что же это такое Шуковая? Где она расположена?

Не пытайтесь искать ее на современной или любой старой карте: Шуковая не существовала. Выходит, Дюма придумал ее, эту Шуковую? Не будем спешить с выводами…

Прочитать французское написание этой станицы можно по-разному: и Шуковая, и Щуковая — все будет правильно. Может быть, Дюма именовал Шуковой (Щуковой) какую-нибудь станицу со сходным по звучанию названием? Ведь русского он не знал, и поэтому его могли легко ввести в заблуждение.

Существует ли такая станица? Да, существует. Это станица Шелковая или ныне Шелковская (раньше ее называли Шелкозаводской), расположенная на берегу Терека. От Шелковой до Червленной 11,5 верст, т.е. около 15 км. В период пребывания в тех краях Дюма в Шелковой был расквартирован Белостокский пехотный полк.

Все сходится: Щуковая это Шелковая. Дюма допустил лишь некоторую неточность в написании.

Шелковая и Червленная — это Чечено-Ингушетия, не Дагестан.

В книге С. А. Шерипова предпринята попытка рассказать о пребывании Дюма в этих краях.

Хотелось бы обратить внимание на то, что книга «Кавказ» — не дневник, полностью отражающий все эпизоды поездки. В «Кавказе» рассказывается лишь о том, что может быть интересно читателям, поэтому о своих, сугубо личных делах Дюма, естественно, не информирует. И это дает пищу домыслам. Один из них приводит С. А. Шерипов.

Когда Дюма приехал в Червленную, ему поднесла хлеб-соль самая красивая девушка станицы — по имени Ульяна. Ее отец был уважаемым казаком. Что произошло между Дюма и Ульяной, как он смог зажечь в ее сердце любовь, это мы, естественно, никогда уже не узнаем. Через несколько дней после встречи с Дюма Ульяна объявила отцу, что любит француза и уходит с ним. Разъяренный отец схватил ремень, но…

Ульяна переселилась к Дюма. Она не стыдясь показывалась с ним на людях. Ее осуждали — Дюма лишь посмеивался.

Но вот Дюма покинул Червленную и отправился в Дербент. Там отец Ульяны догнал дочь и силой возвратил в село.

В 1859 году у нее родилась дочь, которую в честь отца нарекли Александрой (Саной). Односельчане не простили Ульяне ее легкомыслия. Ульяна, вынужденная уйти из отцовского дома, выходит замуж за чеченца. В 1877 году ее дочь Александра, как и мать, становится женой чеченца. Вскоре вместе с мужем ее высылают в Тамбовскую область. Царское правительство переселяло туда непокорных жителей гор.