Шрифт:
– О!.. Мельком…
– Но вы можете сказать, красивая ли она, брюнетка или блондинка?..
Столько вопросов, заданных одновременно, поставили в тупик славного кучера.
– Минуточку!.. – ответил он. – По-моему, она не красивая. Не думаю, что она молодая. Но она точно блондинка с пышными волосами.
– Она высокая или маленькая, толстая или худая?
– Нечто среднее.
Ответ был слишком расплывчатым.
– А другая? – спросил Лекок.
– Черт возьми!.. А вот эту я не разглядел. Но она показалась мне маленькой, вот и все.
– Вы сможете узнать ту, которая расплачивалась с вами, если ее вам покажут?
– Черт возьми!.. Нет.
Когда экипаж доехал до середины Бургундской улицы, кучер остановил лошадь, сказав:
– Обратите внимание!.. Вот дом, в который вошли плутовки… Вот этот…
Снять фуляр, служивший ему кашне, сложить и спрятать его в карман, спрыгнуть на землю и войти в указанный дом было для молодого полицейского минутным делом.
Старая женщина шила в привратницкой.
– Сударыня, – вежливо обратился к ней Лекок, показывая фуляр, – я принес это одной из ваших жиличек.
– Какой именно?
– А вот этого я не знаю.
Достойная консьержка подумала, что этот столь вежливый молодой человек был шутником, решившим ее разыграть.
– Бесчестный негодник… – начала она.
– Прошу прощения, – прервал консьержку Лекок. – Позвольте мне закончить. Позавчера вечером, вернее, позавчера утром я спокойно возвращался домой, когда недалеко отсюда меня обогнали две дамы. Похоже, они очень спешили. Одна из них уронила вот это… Я подобрал вещь и поторопился ее вернуть… Напрасный труд! Они уже вошли в дом. В этот час я не решился звонить, поскольку боялся, что разбужу вас. Вчера я был занят, но сегодня пришел. Вот эта вещь.
Лекок положил фуляр на стол и собрался уходить, но консьержка окликнула его.
– Благодарю вас за вашу любезность, – сказала она, – но вы можете оставить это себе. В нашем доме нет женщин, которые после полуночи возвращаются одни.
– Однако, – настаивал молодой полицейский, – у меня есть глаза. Я видел…
– Ой!.. Совсем забыла, – воскликнула старая женщина. – Той ночью, о которой вы говорите, действительно сюда звонили… Как это надоедает!.. Я дернула за шнурок и прислушалась… Ничего. Не услышав, как дверь закрылась, как по лестнице зазвучали шаги, я сказала себе: «Так! Еще один шалопай, захотевший сыграть со мной злую шутку». Как вы понимаете, дверь нельзя оставлять открытой, чтобы в дом мог войти кто угодно. Так вот, я решительно надела юбку и вышла из привратницкой. И что же я увидела?.. Две тени… Они выскочили, захлопнув дверь перед самым моим носом… Я быстро дернула за шнурок и выбежала на улицу… И что же?.. Я увидела двух бегущих женщин!..
– В каком направлении они бежали?..
– Они спешили к улице Варен…
Лекок задумался. Затем, вежливо распрощавшись с консьержкой, которая могла ему еще понадобиться, он вернулся к экипажу.
– Я так и предполагал, – сказал он кучеру. – Они здесь не живут.
Кучер разочарованно развел руками. Его негодование вылилось в поток слов, однако Лекок, взглянув на часы, прервал кучера:
– Девять часов!.. – произнес он. – Я опоздаю больше чем на час, но принесу новости… Отвезите меня в морг, и побыстрее!
Глава XV
Для морга дни, следующие за таинственными преступлениями и катастрофами, жертвы которых не опознаны, всегда бывают оживленными. С самого утра служащие суетятся, обмениваются шуточками, которые могли бы покоробить посторонних. Почти все веселятся, поскольку испытывают насущную потребность противостоять окружающему их скорбному унынию.
– Сегодня у нас будут гости, – говорят они.
И действительно, когда кучер и Лекок въехали на набережную, они издалека заметили оживленную толпу, стоявшую около мрачного здания.
Газеты напечатали о преступлении, совершенном в кабаре вдовы Шюпен, и теперь – черт возьми! – всем хотелось поглазеть…
На мосту Лекок велел кучеру остановиться и спрыгнул на тротуар.
– Я не хочу, чтобы экипаж подъезжал к моргу, – сказал он.
Вытащив часы, а затем кошелек, он продолжал:
– Итак, уважаемый, мы ездили один час сорок минут, следовательно, я вам должен…
– О!.. Вы мне ничего не должны… – решительным тоном возразил кучер.
– Тем не менее…
– Нет!.. Ни одного су. Я и так огорчен, что потратил деньги, которые мне дали эти чертовы плутовки… Знаете, я даже хотел бы, чтобы от всего выпитого на их деньги мне стало плохо. А вы не стесняйтесь… Если вам понадобится экипаж, берите мой, даром, и пользуйтесь им до тех пор, пока не поймаете мерзавок.
В ту пору Лекок не был богатым и поэтому не стал возражать.
– А вы записали мою фамилию и адрес? – продолжал кучер.
– Разумеется!.. Вы должны будете дать показания следователю. Вам вручат повестку.
– Хорошо! Так вот… Эжен Папийон, кучер из конторы господина Триго… Я живу у него… Дело в том, что я его компаньон…
Молодой полицейский уже удалялся, когда кучер окликнул его:
– После морга, – сказал он, – вы еще куда-нибудь пойдете… Вы сами сказали мне, что у вас назначена встреча и что вы опаздываете.