— А ты их давно видела? — спросил Прутик, поглаживая Агнию по плечу, затем дотрагиваясь пушка загривка. Тут же захотелось припасть губами к теплой шелковистой коже.

— С тех самых пор, как оказалась в самых непроходимых дебрях Тёмной пущи. Мне теперь в Чарово и возвращаться не хочется… Кому я там теперь такая нужна?

Агния вздохнула и чуток помолчала, видно собираясь с мыслями. Продолжила с некоторой неохотой:

— Лет десять я обучалась у этой Перехты… Хотя, обучалась — слишком громкое слово. Была на побегушках. Она, то отправляла меня за жабьей слизью, то за травой какой. Убирала в избе, есть готовила на всех…

Агния горько посмеялась и, склонив голову продолжила:

— Одно благо с той уборки было: выходило так, что мне единственной разрешалось в комнату Перехты заходить. Я там много чего удивительного видала…

Агния чуток улыбнулась.

— Нас было двенадцать дочерей… Так мы прозывались меж людей. Да и меж собой порой… Я была самой младшей. Пришла на место иной девушки… Её звали Ядвига… Ядвига Крамольская. Старшие ученицы рассказывали, что она была очень способной колдуньей. Перехта прочила её своей преемницей. А Ядвига, что тут утаивать, от природы была весьма сильной чародейкой…

— А что с ней стало? — спросил Прутик, обнимая сзади Агнию.

— На тот момент Ядвига разругалась с Перехтой и уже ушла…

— Разругалась?

— Полина, одна из сестёр, как-то мне сказала, что Ядвига мнила себя достойной более лучшей участи, чем быть «лесной ягой».

— А кто это такие?

— О! Ты никогда не слышал о них?

— Не припомню… Слово знакомое…

— Так у нас звали могучих колдуний… Это не зельщицы, не травницы. А действительно сильные колдуньи. С Великими магами им, конечно, не тягаться, но всё же…

— И много таких колдуний бывает?

— Раньше, говорят, в предгорьях Глухомани их было много. Даже в нашем Чарове лет сто назад жила некая Бефана. Про неё много хорошего помнят… А вот Ядвига же… Слободкинские её не очень жаловали. Она твердо решила бросить учение у Перехты и прислуживать князю.

— Какому князю?

— Адриану… последнему из Валиров. Если это правда, то его вместе с дочерью прокляли эльфы лет эдак… двадцать с хвостиком… тому назад…

— А-а, кое-что вспомнил, — Семён закивал головой. — Слыхал, слыхал.

— Так вот, после того, как в замке произошло несчастье, Ядвига Крамольская куда-то убралась. Один раз она заезжала к Слепой Перехте. Они долго о чём-то спорили, заперевшись в комнате.

— И что было дальше?

— Ну… знаю, что Ядвига вышла оттуда очень рассерженная. А Перехта молча ушла в лес почти на неделю. Мы поняли, что они меж собой сильно-сильно повздорили. Кажется, Ядвига хотела заполучить какую-то книгу заклинаний, но Перехта отказала… А потом, через некоторое время мы узнали, что Ядвига выходит замуж за некого Глеба Мудрова из Старой слободки. Она переехала к нему вместе со своим сынком.

— Сынком?

— Угу… Мы тоже удивились…

Агния замолчала. Было такое ощущение, что она заснула. Прутик постарался заглянуть в глаза ведуньи, и только потом понял, что она тихо плачет.

— Той ночью… той ночью, — проглотив слезы, попыталась продолжит рассказ Агния, — на дом напали. Я не видела их лиц, одно знаю, среди нападавших были эльфы.

— Эльфы!

— Да, они. Некроманты. У них ещё такие крылья за спиной… как у летучих мышей… Одного помню звали Арманд… Он был за главного. А ещё Арсен… Арсен ди Дюсер… Я запомнила его, поскольку он уж очень был красив… А вот глаза злые-презлые.

В некотором роде мне просто повезло. Кто-то из нападавших или пожалел тощую девчонку, или ещё по какой причине, но, в общем, меня бросили в подпол, а остальных, вместе с Перехтой жестоко убили, а тела сожгли.

Потом приехала Ядвига. Её люди перерыли всю избу сверху донизу. Собрали все книги, все записи, что были в доме.

— Меня на следующий день вытянули, приказали прислуживать гостям, — тут Агния нахмурила лобик. Лицо её стало похожим на мышиную мордочку. — Я подчинилась… жить-то хотелось…

— Так что искала Ядвига? — поинтересовался Прутик.

— Могу только предположить из обрывков разговоров между ней и теми эльфами, что они хотели выяснить тайны «оборотничества». Перехта, говорят, сильно на том зналась. А Ядвига из-за того, что желала лишь обогатиться (иначе зачем отправилась к князю да потом замуж за Мудрова вышла), так и не узнала всех секретов старой колдуньи. А ещё Ядвига упоминала как-то, что хочет уразуметь язык призраков.

Прутик напрягся, стал более собранным. Он даже дышать стали тише, лишь бы расслышать рассказ Агнии.