— Наше тело устроено так, чтобы в момент опасности оно само могло принимать решения. Если к принятию решения подключать мозг, это займёт много времени, за которое тебя могут убить, — ответил Анд.

— И что, по-твоему, я должен был испытывать, когда убивал гурхов из пулемёта?

— А что ты испытывал? — присоединился к разговору Рин.

— Я ощущал удовольствие. Это было похоже на то, как будто после жаркого дня я смог напиться. Чем-то похоже на чувство сытости. Сейчас меня это пугает, я разрушал тела разумных ящеров. Рвал их на части, и мне было приятно. Сейчас мне страшно. Опять страшно. — Гы замолчал, и какое-то время сидел неподвижно, с отрешенным взглядом. Затем глубоко вздохнул и продолжил. — Я злой?

— Гы, в этом случае гормоны не причём, — Анду стало жаль Гы. — Я чувствовал примерно тоже самоё. Мы много натерпелись от гурхов и мы отомстили. Представь себе, чтобы сделали с нами гурхи, если бы смогли добраться до нас?!

— Анд прав. Твоя реакция вполне нормальна. Конечно, если ты будешь чувствовать удовольствие от страданий других — это отклонение. Но я не думаю, что с тобой такое случится.

— Я тоже надеюсь, что со мной такого не случится. Вы оказываете на меня большое влияние. Я замечаю, что невольно копирую ваше поведение, смотрю на мир вашими глазами. Без вас мне будет трудно, — Гы замолчал. Вместо него заговорил Рин:

— Кто кому помогает, большой вопрос. То, что мы с Андом помогаем тебе, на нас самих влияет благотворно. Помнишь, как мы поддерживали тебя на «Пожирателе». — Гы кивнул. — Если бы нам не приходилось всё время следить за тобой, наши мучения были бы ещё сильнее. А так мы меньше обращали на них внимание. Ты говорил, что тебе приятно, когда о тебе заботятся. Поверь мне, Гы, заботится о другом существе не менее приятно. — Анд хмыкнул. Этим он привлёк к себе внимание Рина. Он повернулся к Анду и сказал. — Почему ты стараешься показать себя хуже, чем ты есть на самом деле?

— Ничего я не стараюсь показывать, — зло ответил Анд.

— Я видел, как ты вместе со мной помогал Гы. Ты совсем этого не стеснялся. А сейчас ты ведешь себя так, как будто тебе стыдно за это? — Повисла тишина. Затем Рин воскликнул. — Кажется, я понял! Тебе не часто приходилось помогать другим! Верно?

— Представь себе, не часто! До меня никому нет дела! Всем наплевать на меня! Почему я должен относиться к другим лучше?

— Эй, вы чего там разорались, — донёсся из-за двери сердитый голос. — Немедленно успокойтесь! А то я сейчас вас сам успокою!

Рин подсел к Анду вплотную и стал шептать в самое ухо:

— Я не верю, что всё так плохо. Ты описал свой мир как довольно развитое общество. Если ты не можешь правильно взаимодействовать с другими людьми, значит, у тебя есть проблема и её надо решать.

— Когда я смогу читать мысли других людей, я быстро разберусь с проблемами, — зло прошипел Анд.

— Я думаю, что дар моллюсков тебе ни к чему, — с улыбкой сказал Рин. — Ты уже многое понял.

Гы приблизился к друзьям, взял их руки за запястья, и в их головах зазвучал голос Гы:

— Я не понимаю, почему забота о других может быть приятной для меня. Но я вам верю. Я понимаю основные принципы взаимопомощи. Надеюсь, я вскоре испытаю такую эмоцию. Мне приятно испытывать положительные эмоции. Это так, так…, так приятно. Появляется желание испытывать приятные ощущения чаще и чаще. — Гы оглушил сознания друзей быстрой сменой бессвязных образов, но это длилось несколько секунд. — Извините. Иногда эмоции захлестывают меня, и мне хочется рассказать вам об этом. Когда я сообщаю вам о своих переживаниях, они становятся мне более понятными. После этого мне легко их обрабатывать. — Гы помолчал, передавая друзьям серую пустоту. — Я уже просил вас, но хочу повторить. Не бросайте меня! — Добавил Гы и отпустил руки друзей.

— Гы, мы тебя не бросим, — сказал Анд вслух и похлопал Гы по плечу.

— Мы тебя не бросим, — подтвердил Рин тоже вслух.

Гы успокоился. Друзья допили тёплую воду из ведра и легли спать.

— Встать! Прижаться к стене, — элты подкрепляли свои окрики ударами ног.

Синты, помогая друг другу, спешили выполнить то, что от них требовали. Они стали к стенке спиной и замерли. Элты направили на пленников арбалеты.

— Только шелохнитесь и получите стрелу в брюхо.

В помещении повисла гнетущая тишина. Когда элты переступали с ноги на ногу, помещение заполнял скрип их новых сапог. Этот скрип звучал просто оглушительно громко. Наконец, в коридоре послышались шаги. В открытую дверь вошла Элил. Она остановилась между синтами и их конвоем и холодно посмотрела на пленников. На Элил была её официальная одежда из ярко-синих лент. Анд почувствовал, как в его голове подул ледяной ветерок, но через мгновенье это ощущение исчезло.

— Старшина, оставьте нас, — сказала Элил конвою.

— Но госпожа эгреготесса…

— Я снимаю с вас ответственность за мою безопасность, — сказала Элил.

Элты вышли, и старшина закрыл за собой дверь.

— Расслабьтесь, — Элил улыбнулась друзьям. — Я вижу, что вы — это вы. — Элил подошла к Анду, положила ему руку на плечо, заглянула в глаза. — Сильно досталось?

— Порядком, — ответил Анд, смутившись.

Элил подошла к Гы и так же дотронулась до плеча:

— Гы, за тебя я переживала больше всего.