Но, несмотря на всю свою занятость, Верзила Сун всегда находил время для Джейка Мэрока. С самой их первой встречи Сун находился под обаянием личности американского агента, хотя он всегда старался скрыть это от него, боясь, как бы это не поставило его в невыгодное положение при обсуждении вопроса об оплате услуг его триады.

Первым делом Джейк решил наведаться в его офис на фабрике игрушек. Верзила Сун был связан с самыми различными предприятиями по всей колонии. Когда Джейка ввели в этот офис, расположенный в одном из закоулков Ванчая, Верзила Сун встал, увидев на рукаве друга повязку. Она была белая - китайский цвет траура.

Они поклонились друг другу.
– Примите мои искренние соболезнования, мистер Мэрок.
– Безукоризненная вежливость между деловыми партнерами - как китайцами, так и гвай-ло - одна из традиций Колонии.
– Я рад видеть, что вы выглядите гораздо лучше, чем во время нашей последней встречи, но я также опечален, поскольку слышал о безвременной кончине вашей супруги. Да помочатся боги на голову всех русских, и особенно на их совокупляющихся где попало агентов!

– Спасибо, почтенный Сун.
– Джейк все еще стоял с опущенной головой.
– Я очень тронут вашим сочувствием.

– Без всякого преувеличения могу сказать, что это сочувствие всей 14К, - с чувством произнес Верзила Сун.
– Пусть только появится в наших местах какой-нибудь питающийся нечистотами агент КГБ! Мы его раздавим, как козявку!

– Всегда приятно знать, что у тебя есть такие преданные друзья!
– сказал Джейк, подымая голову.

– О Будда! Какие злые дни наступили! Сначала ваша почтенная супруга, потом Дэвид Оу. Мы все очень уважали почтенного Оу.
– Верзила Сун удрученно покачал головою.
– Друзья необходимы и в лучшие времена, но в лихолетье им просто цены нет.

– Однако в отличие от золотых таэлей, одинаково Ценных, независимо от того, с какой стороны на них смотришь, у друзей оборотная сторона бывает иногда весьма непривлекательной.

– Да?

Джейк понял, что завладел его вниманием.

– Дэвид Оу, по-видимому, был убит не агентами КГБ.

– Неужели китайцами? Тогда это просто ужасно.

Джейк кивнул.

– Особенно принимая во внимание тот факт, что те китайцы были агентами Куорри.

В соседнем офисе кто-то выбивал чечетку на клавишах пишущей машинки. Эта трескотня особенно резала ухо в наступившей тяжелой тишине.

– Дорогой мистер Мэрок, - произнес наконец Верзила Сун, - если это так, то я боюсь, перед нами одна из непостижимых загадок нашего тревожного времени.

– Не такая уж она непостижимая, как кажется. Дэвид Оу ее разгадал, да и я разгадаю со временем. Кто-то из Куорри повернулся к нам своей темной стороной.

– Ой!

Джейк с трудом подавил улыбку. Верзила Сун ойкнул совсем по-старушечьи. Но в ситуации ничего смешного не было, и они оба это отлично понимали.

– Да помочатся боги на голову всех предателей!
– Верзила Сун даже плюнул в угол, чтобы подчеркнуть серьезность своего проклятия.
– Предатели хуже шелудивых псов на улице, которые заражают всех, кто прикоснется к ним. Кому можно верить?
– Он поцокал языком.
– Поистине тревожные времена наступили!

– Да, - согласился Джейк.
– Всем надо держать ухо востро. Мне вот приходится скрываться от своей родной организации.

– Что?

– Боюсь, что их следующей мишенью буду я.

– Тогда вас надо срочно укрыть от преследования. Я знаю одно место...

Джейк поднял растопыренную ладонь.

– Тысяча благодарностей, почтенный Сун, но в этом нет необходимости.

– Чепуха! Друзья есть друзья. Истинные друзья познаются в беде. Они не выворачивают шубу наизнанку, стоит только ветру переменить направление.

– Без сомнения это так, - сказал Джейк.
– Но сейчас я просто не могу позволить себе роскошь отсиживаться в подполье. Есть, однако, другой способ, которым вы можете оказать мне услугу.

Верзила Сун распростер руки.
– Все что угодно, мой друг.

– Объясните мне, что делает в Гонконге Ничирен.

В напряженной тишине, последовавшей за этими словами Джейка, Верзила Сун понял, что попал в западню.

– Почему мне об этом может быть известно?

– А потому, - ответил Джейк, захлопывая в западне дверцу, - что Ничирен приезжает сюда, чтобы повидаться с вами.

Верзила Сун даже не разозлился. Чувство, которое он в этот момент испытывал, можно было смело назвать восхищением. Какой истинно китайский ум у этого человека, - подумал он.
– Если бы я мог, я бы посылал его своим представителем на самые ответственные переговоры.

– Ничирен встречается в Гонконге с разными людьми. Я только один из многих.

У Джейка не было времени обмениваться с ним ударами по всем правилам фехтовального искусства, но у него не было и выбора. Верзила Сун ни за что не сообщит важной для собеседника информации без того, чтобы не содрать с него побольше. Придется поторговаться. Вещи, которые уступаются задаром, для китайца никакой ценности не представляют.