– Я никогда не просила ничьих извинений, девочка, и Бэнр никогда не должны приносить их, – проворчала Верховная Мать, – но я дам тебе возможность доказать, что ты все же обладаешь достойными одобрения качествами и способностями. Ты возглавишь наш арьергард.

Триль указала на юг. Шансы, что она посылает кузину на смерть, были очень велики, но ей нужно знать, хватит ли Зал'терре ума и решительности, чтобы стать главой Дома Бэнр, и, если она отыщет способ уцелеть, выполняя это задание, и добиться хоть какого-нибудь успеха, Триль, возможно, подумает о том, чтобы позволить ей жить.

– Пусть каждый шаг к Мензоберранзану дается дергарам с боем, – добавила Триль. – От успеха зависит твоя жизнь. Если ты покинешь этот туннель раньше, чем через три дня, я велю распять тебя.

Зал'терра поклонилась и поспешила прочь. Триль вновь повернулась к Мастеру Оружия.

– Имей в виду, что тебя я тоже не считаю ни в чем не повинным, – тихо сказала она. – Ты был автором нашей великой стратегии, и я всей силой и авторитетом Дома Бэнр поддержала твой план, который привел нас к поражению, какого мы не знали со времен Мифрил Халла. При любых других обстоятельствах я велела бы перерезать тебе поджилки и кинуть в яму с голодными многоножками за такой провал, но… это необычные времена, и существует маленькая вероятность того, что твои мастерство и понимание стратегии могут оказаться полезными в будущем. Не подведи меня снова.

– Да, Верховная Мать, – ответил Энджрел, низко кланяясь.

– Итак, – продолжала она, – где мы остановим дергаров и их союзников?

– Мы не остановим их, Верховная Мать, – без колебаний ответил Мастер Оружия. – Учитывая уже понесенные нами потери, я предлагаю уходить в Мензоберранзан и готовиться к осаде.

– Такой вариант мне не нравится, – раздраженно возразила Триль. – От него смердит поражением, а чем дольше чужая армия будет сидеть у нашего порога, тем вероятнее, что ей на помощь подоспеют еще какие-нибудь враги дроу, вроде бихолдеров или пожирателей разума.

– Такое, конечно, возможно, – ответил Энджрел подчеркнуто безразлично, – но серым дворфам нелегко будет держать Мензоберранзан в осаде в сотнях миль от своего собственного города. Не думаю, что дергары сумеют продержаться дольше нескольких месяцев, и сомневаюсь, чтобы у них хватило сил взять город штурмом. Лучший вариант для нас – предоставить дергарам осадить город и посмотреть, какая опасность реально угрожает нам. Тем временем это даст нам возможность разгромить Дом Аграч-Дирр.

– Ты боишься снова сойтись с дергарами в бою? – неприятным голосом осведомилась Триль.

– Нет, Верховная Мать, но я не стану советовать делать то, что чревато для города риском ввязаться в сражение, к которому мы не готовы, разве что не будет никакого другого выхода. А мы пока еще не в том положении. – Он помолчал и добавил: – Мы всегда можем за считанные дни собрать воедино силы внутри города и сделать вылазку, если появится необходимость или возможность.

Триль обдумывала совет Мастера Оружия.

– Я вернусь в Мензоберранзан и поставлю вопрос перед Советом, – сказала она наконец, – но пока не будет другого приказа, продолжайте отступать. Я велю нашим офицерам в городе готовиться к осаде.

Халисстра открыла глаза и увидела, что плывет по бескрайнему серебристому морю. Вдали неспешно ползли мягкие серые облака, в небе яростно извивались странные темные полосы, концы их были словно закреплены где-то непостижимо далеко, а середины отчаянно вращались, будто скакалки в детских руках. Она глянула вниз, любопытствуя, что удерживает ее, и не увидела ничего, кроме того же странного перламутрового неба под ногами и вокруг.

Она глубоко вздохнула, пораженная этим зрелищем, и почувствовала, как легкие ее заполнились чем-то более сладким и, пожалуй, чуть более плотным, чем воздух, но, вместо того чтобы поперхнуться или захлебнуться, она, похоже, вполне приспособилась к этому веществу. По всему ее телу пробежала дрожь, она поняла, что сам процесс дыхания зачаровывает ее.

Халисстра подняла руку к лицу, неосознанно желая прикрыть глаза, и отметила, что ее зрение стало сверхъестественно острым. Каждое звено ее латной рукавицы выстроилось в строгой симметрии, края их были четкими, на коже проявились невидимые прежде масляные потеки и пятна.

Она лишилась дара речи.

– Вы не бывали здесь прежде, госпожа Меларн? – откуда-то сзади спросил Тзирик.

Халисстра вытянула шею, высматривая его, но вместо этого вокруг нее закружились, сливаясь в одном быстром, плавном скольжении, очертания всех ее спутников. Жрец Варауна стоял – нет, неверно, правильнее было бы парил – в нескольких ярдах от нее, шипы его булавы были острыми, как кинжалы, плащ легонько колыхал ветерок, которого Халисстра не ощущала. Тзирик говорил негромко, но голос его звучал удивительно ясно и отчетливо, как будто он находился на расстоянии вытянутой руки.

– Я полагал, что жрица вашего положения должна быть знакома с Астральным Уровнем, – добавил жрец.

– Я не много знаю о том, чего здесь ожидать, но у меня никогда не было случая побывать на других Уровнях, – пояснила Халисстра. – Мое знание этого места всего лишь… теоретическое.

Она отметила, что облик каждого из ее товарищей столь же четкий, осязаемый и реальный, как и самого Тзирика. Откуда-то, она не могла точно определить откуда, возможно, из середины спины, а может, из затылка, у каждого тянулась тонкая сверкающая нить серебристого цвета.