— О чем вы говорите?

— Да не притворяйся. Ты превосходно сделал свою работу. Парочка зарядов в нужных местах — и полный успех!

Хэтч лег на землю и посмотрел в потолок, обдумывая дальнейшие шаги.

— Вы больны, капитан. Если не верите мне, прислушайтесь к своему организму. Меч является мощным источником потока быстрых нейтронов. В вашем теле уже прекратилось деление клеток и синтез ДНК. Вскоре вы начнете страдать от церебрального синдрома — самой тяжелой формы радиационного поражения.

Он замолчал и прислушался. На фоне рева воды различалось лишь слабое попискивание садящегося радиометра.

— У вас первая стадия болезни! — продолжал Хэтч. — Сначала будет тошнить. Наверное, уже тошнит, не так ли? Потом вас ждет помутнение сознания, результат поражения мозга. Дальше — тремор, нарушение координации, конвульсии и смерть.

Ответа не было.

— Ради бога, Нейдельман, выслушайте меня! — закричал он. — Вы всех нас убьете этим мечом!

— Нет, — послышался снизу голос. — Нет, я лучше воспользуюсь своим пистолетом.

Хэтч быстро сел. Голос был уже совсем близко: их разделяло не более пятнадцати футов. Хэтч вернулся по туннелю к остальным.

— Что происходит? — спросила Бонтер.

— Он будет здесь через несколько секунд, — ответил Хэтч. — Он не остановится.

Произнеся последние слова, он вдруг понял, что они ничего не смогут сделать. Им некуда бежать. Через пару минут Нейдельман появится в туннеле с мечом в руке. И все они погибнут.

— Неужели нет способа его остановить? — воскликнула Бонтер.

Неожиданно в разговор вмешался Клей.

— Такой способ есть, — заявил он.

Хэтч повернулся и увидел, что на окровавленном лице священника появилось новое выражение — какое-то блаженное и экстатическое.

— Что?.. — начал Хэтч, но Клей уже прошел мимо него к шахте с зажженным фонариком в руке.

— Не делайте этого! — закричал все понявший Хэтч, хватая Клея за рукав. — Это самоубийство! Меч вас убьет!

— Но прежде я сделаю то, ради чего сюда пришел.

Клей резким движением высвободил руку и побежал к шахте.

Он обошел тело Рэнкина и спрыгнул на лестницу. Через несколько мгновений он скрылся из виду.

Цепляясь за ступеньки лестницы, Клей спустился на несколько футов и остановился, чтобы перевести дыхание. Из глубин Бездны доносился неумолчный рев: вода проникала в пещеры, круша все на своем пути. Порыв холодного влажного воздуха, идущего снизу, дернул за ворот его рубашки.

Он направил луч фонарика вниз. Система вентиляции перестала работать, когда погасло аварийное освещение и воздух стал тяжелым. Сотрясающиеся ступеньки лестницы покрылись влагой и падающей сверху грязью. Луч фонарика с трудом пробивался сквозь туман. Наконец десятью футами ниже он выхватил из темноты фигуру Нейдельмана.

Капитан с трудом карабкался вверх, отчаянно цепляясь за каждую следующую ступеньку. За поясом Нейдельмана торчала рукоять, украшенная самоцветами.

— Ну-ну, — прохрипел Нейдельман, глядя на луч фонарика. — Et lux in tenebris lucet. [98] И в самом деле — свет зажегся в темноте. И почему меня совсем не удивляет, что преподобный участвует в этом заговоре?

Он отчаянно раскашлялся, и ему пришлось всем телом приникнуть к лестнице, когда она вновь содрогнулась.

— Бросьте меч, — сказал Клей.

В ответ Нейдельман потянулся к поясу и вытащил пистолет. Клей успел спрятаться за дальней стороной лестницы, когда прозвучал выстрел.

— С дороги, — прохрипел Нейдельман.

Клей понимал, что не сможет остановить капитана на узких ступеньках: ему необходимо найти место с более надежной опорой. Он быстро осветил лестницу лучом фонарика. Несколькими футами ниже находилась стодесятифутовая отметка, узкий брус. Священник выключил фонарик, убрал его в карман и в темноте спустился на две ступеньки. Теперь лестница ходила ходуном. Клей понимал, что сейчас Нейдельман не сможет подниматься с пистолетом в руке. Однако временами вибрация ослабевала, и, как только появится возможность, капитан его пристрелит.

Он на ощупь спустился в темноте еще на две ступеньки и почувствовал, что дрожь утихает. Вспыхнула молния, и в отраженном свете Клей увидел Нейдельмана, ухватившегося за брус одной рукой. Капитан с трудом сохранял равновесие, и Клей, отчаянно рискнув, прыгнул через ступеньку и сильно ударил ногой по руке Нейдельмана. Раздался крик, пистолет выпал из руки капитана и исчез в темноте.

Клей спустился еще на одну ступеньку, его ноги соскользнули с металлической перекладины. Висевший под ним Нейдельман ревел от невыразимой ярости. Неожиданно он рванулся и сумел взобраться на узкую платформу. Оставаясь с противоположной стороны лестницы, Клей направил на него луч света.