Шрифт:
– Только попробуй!
– навис над ним Михай, бешено вращая глазами.
– Первый сдохнешь, первый!
– Ты его не зли, - Кир присел рядом, ногой отбросил посох.
– У меня братка малость шальной. Испугается и зарежет, ему не в первый раз... Пришли мы по делу.
– Нет у меня с вами дел!
– верещал старик.
– Святотатцы! Нет упокоения тому, кто в дом шамана зашел, умрете вы от черной язвы и дети у вас родятся с драконьими головами!
Кир перехватил руку Михая у самого лица шамана.
– Я же прошу: помолчи. Не хочешь с нами дело иметь - ладно, зарежем и уйдем, ты у нас не один такой. Можно и к другому шаману обратиться, верно, Михай? Вон, у чащобников, тоже есть, плоды на соснах растит.
– Враки!
– И грибы.
– Грибы Анастасий растил! А как герцог окаянный Анастасия в железах к себе увез да сжег, нет больше у чащобников шамана! Самозванец в его землянке поселился, зелье у него бессильное, фальшивое!
– Зато у тебя - есть настоящее, - Кир даже погладил старика по костлявому плечу.
– Старые люди - мудрые люди... Так вот слушай: мы тоже люди герцога. Однако пришли от него, и как бы не от него. На словах Его Светлость с шаманами воюет нещадно, но на деле готов тебя одного простить.
– И что ему нужно?.. Рыбы?
Шаман съежился - гореть на городской площади ему явно не хотелось.
– Рыбу герцог у мужиков возьмет, своим чередом. Тут другое...
– Кир закинул ногу за ногу.
– Михай, иди выгляни, как бы кто еще не показался... Нет у герцога детей. А без детей - какой интерес править? Пока молодой был - воевал, державу свою создал, хоть сейчас коронуйся, а наследника-то нет. Женился, как ты знаешь наверное, раз семь, еще там кое-что... Не выходит.
– Ко врачу пускай обращается, - проворчал старик.
– Врачи?..
– Кир нахмурился, вспоминая.
– А! Так он тоже шаманы были, сожгли врачей. И не морочь мне голову! У врачей зелья не было.
– Чем же твоему герцогу поможет зелье? Приходи через неделю, я тебе покажу, что мое зелье умеет. У Анастасия грибы, у меня - рыба.
– Видел я сегодня, как ты колдовал, и через три дня посмотрю, сколько в озере рыбы будет, - пообещал Кир.
– Но уж наперед знаю, что ты не обманщик. Дай нам своего зелья, старик. Пусть у герцога наследник вырастет хоть в пруду, раз уж он так хочет. Что тебе стоит?
Шаман некоторое время молча разглядывал гостя, потом тоненько захихикал. На странный звук заглянул Михай, но Кир отмахнулся. Со стариками надо иметь терпение...
– Дурак твой герцог, - наконец сказал шаман.
– И ты дурак. Зелье суть неисчислимое количество незримых простым глазом существ, кои умеют из грязи озерной да костей рыб создавать.
– Н-да?
Кир успел высмотреть колбу - старик оставил ее на полке, рядом с другой посудой. Важно приблизившись, налетчик поднес к глазам бинокль и изучил оставшееся на стенках и донышке.
– Ой, дурак!..
– заныл опять старик.
– Бинокль твой - дальнозор, здесь же мелкозор нужен! Тварей мелких в Золотой Век создали, до Беды они людям служили, кормили да поили, все сложа руки сидели. Теперь же и мелкозоров нет, и зелья из-за властелинов неразумных совсем не осталось.
– Ты с дураками-то заканчивай, - вежливо попросил Кир.
– А то ведь как начну тебе косточки ломать, так и пойдет хруст по лесу. Где зелье хранишь? Дай и мы уйдем.
– Зелье создаю по решепту древнему, а решепт тот сказывать никому нельзя, сердце остановится. В чужие руки зелье тоже не дам, проклят буду. И ты проклятым станешь!
– шаман погрозил длинным грязным пальцем, надеясь запугать.
– Умрешь от черной язвы и дети твои...
– Не о моих детях речь, - напомнил Кир.
– Так что, ломать кости? Или к герцогу с нами отправишься?
– Не поможет ему зелье!
– взвыл старик.
– Рыбное оно!
– Ха! Рыбное?.. Так ты сам рыбные кости в озеро кидаешь, вот оно и рыбное! А если, скажем, человеческие кости бросить?
– Все равно! Туда мужики и говяжьи, и свиные косточки кидают, однако ж свиней в озере не заводится!
Кир посмотрел в затянутое пузырем маленькое окошко, увидел широкую спину Михая. Чуть свистнул, и брат появился в избе.
– Упрямится.
– Эх ты! Волосы седые, а ума не нажил!
Михай схватил старика, легко перевернул и прижал к лавке. Он собирался всего лишь вывернуть ему из суставов руку, но то ли слаб был шаман на сердце, то ли срок его подошел. Сустав хрустел, а старик помалкивал.
– Эй!
– Кир оттолкнул брата.
– Эй! Хозяин! Что ж ты сделал, братка? Помер наш шаман...
– Я его и не трогал почти!
– открестился Михай.
– Ты же видел! А нам теперь бежать надо, братка. Узнают мужики - не жить нам!