Греет клён озябшие ладони,

С красной кожей, под осенним солнцем!

Очевидно – все мы в мире гости.

От зимы ждём вьюги, как угрозы…

А рябины наливают гроздья

Каждый миг, до первого мороза!

Осуждаем жизни многотрудность,

Принимаем осени усталость.

А зима – спокойствие и мудрость –

До весны три месяца осталось! Жизнь – лучше…

Декабрь не беда, но хлещет дождь.

Простуда, как всегда, – то в жар, то в дрожь.

Сгонять бы за вином, что из ларька,

Но мысль – а что потом? Опять тоска?

О детстве погрустить, о том, где рос,

И тормоз отпустить – и под откос…

Там хорошо, там место есть всему.

Вот только выбираться самому

По скользкой круче, вязкой, словно ложь…

Жизнь всё же лучше, не беда, что дождь,

От истины в вине – то в дрожь, то в жар…

И мечешься во сне – опять кошмар?..

Конь черный

Ночь, тишина! Лишь фонари и снег.

Цветка ладонь в зашторенном окне.

Объятья сна - неслышный жизни бег.

И… чёрный конь из «ничего», извне…

Явь иль мираж? Подков железных звон,

Смятенье, страх… И снова тишина…

Полночный страж – откуда взялся он?

Виденье? – сплав реальности и сна?

Не ясно стало, века прошли иль миг…

Зови на помощь – застынет в горле ком.

Как оказалось, что ты седой старик?..

Да просто в полночь явился чёрный конь…

Ночь! Тишина! Лишь фонари и снег.

Свечи огонь. В зашторенном окне,

Объятья сна, минут неслышный бег,

Твоя ладонь из «ничего» ко мне… Жёны

Бывают жёны – преданны, как пёс.

Шагнут за мужем и в огонь, и в воду.

От них ни жалоб, ни обид, ни слёз.

Щенячья лишь покорность вам в угоду.

Бывают жёны – мягкие, как воск.

Из них – лепи всё, что душе угодно.

Придумай всё, на что способен мозг,

И вылепи. Но руки – несвободны.

Бывают жёны – гладкие, как шёлк.

Их так приятно обнимать и гладить.

Скользят прохладной змейкой… Где же толк?

Сквозь пальцы ускользают. Трудно сладить.

Бывают жёны – мудрые, как жизнь.

С любимым рядом и горят, и тают.

Смелы, сильны, всегда стремятся ввысь.

Но, жаль, на всех – любимых не хватает.

А жён таких – по пальцам перечтёшь…

Любая бы из нас такою стала!

Что не хотим любимы быть, то – ложь.

Ах, если бы на нас Любви хватало! Инерция

Это просто постичь, но понять это сложно.

Я живу не живя, разве это возможно?

И потеря моя жжёт сердце,

но не может

спалить любовь…

Для меня эта жизнь - бесполезный пустяк.

Но я вдруг понимаю, что это не так,

И сожжённое сердце

гореть будет

вновь и вновь.

По инерции делаю всё, по привычке,

По привычке я ставлю в тексте кавычки,

И сгоревшая спичка жжёт пальцы,

но не может

рассеять тьму…

И когда я делаю к пропасти шаг,

Я вдруг понимаю, что я круглый дурак,

И не я буду первым,

кто шагнул

в пустоту.

По инерции поезд мчит после смерти,

А инерция – это привычка, поверьте,

Он сметёт на пути перрон,

но его

остановит вокзал…

И даже, когда покупаю спички,

Я фразу свою твержу по привычке,

Понимаю потом,

что в тысячный

раз сказал.

По инерции солнце мчится к закату,

За гордыню свою и за ясность расплата.

Солнце, тоже фантом, виденье:

но не может

забыть себя,

Ведь когда-то при жизни оно светило

И в народе прозвали его – Ярило…

По инерции светит фантом,

никого

не любя…

По инерции люди живут после смерти,

По инерции письма приходят в конверте.

Ведь инерция движет жизнь,

но не может

предвидеть смерть.

И всё также я жду твоего возвращенья,

Получаю по почте для тебя поздравленья…

По привычке открытки летят,

а тебя

уже нет… Чёрно-белые негативы