Но рождаемся из боли и уходим через боль…

Нет под небом крепче связи, чем с землёй родимой связь –

Появляемся из грязи и уходим снова в грязь.

От рожденья и до гроба, от крыльца и до ворот –

Бесконечная дорога – жизненный круговорот…

Закольцован путь недолгий с колыбели до креста.

Каждый, что в стогу иголка, – уголёк один из ста.

Пролететь бы ливнем вольным по щекам наискосок,

Но не вольно – острой болью, алой кровью и в песок…

И опять кольцо замкнулось – тает звук и меркнет свет…

Где-то тьма крылом коснулась, где-то розовый рассвет…

Все бы в жизни было в радость – научиться бы суметь

Принимать, как будто данность и рождение, и смерть…

Не унижайте нас…

Не унижайте женщину неверьем…

Старайтесь чувство ревности сдержать.

Умейте уходить, не хлопнув дверью,

Глупцу в себе не стоит угождать…

Не обижайте женщину упрёком…

Слова не птицы – не поймать в силок.

На дне души, как в омуте глубоком

Лежит однажды брошенный упрёк…

Не замарайте жалостью минутной

И не залейте лестью сгоряча,

Быть может, станет маяком кому-то

В ней жизни не погасшая свеча…

Скоро весна Свиристели. Февраль

Воскресенье. Февраль.

В стихотворной стихии бродила.

В зимнем воздухе рифмы ловила.

Читала стихи…

На заснеженный клён, вдруг, зима

стаю птиц уронила…

Свиристели – слетели…

Ну, чем эти рифмы плохи?..

Засвистели…

А клён - молчаливый, задумчиво-грустный

В белоснежность серёжки ронял свои,

словно слова…

Свиристели шумели,

серёжки клевали, так вкусно!..

Мотыльками вспорхнули…

Лишь взмах – и готова глава!..

Клён встряхнулся,

качнул в запорошенной снежности ветви.

Улыбнулся снежинкам, метели…

И – помолодел!..

Я ему посвящаю стихи,

Но не знаю ответа –

Синей птицею в небо взлетать –

каждой рифмы удел?..

Мне зима подарила молчанье –

пронзительно, звонко!

Как кленовым серёжкам

весёлую птичью свирель!..

В стихотворной стихии

брожу удивлённым ребёнком…

Воскресенье… Февраль… А в душе

васильковый Апрель…

Скоро весна!

Поёт Февраль! В душе… восторг!

И нет печали!

Мой Дом… глазами на Восток,

Рассвет встречает!

Горит калины алый куст –

Морозной гроздью!

И можжевельник свеж и густ –

Встречает гостью!

Вспорхнули стайкой снегири!

Не ожидали!

И в ярких отблесках Зари –

Рассветом стали!

Цветут в заснеженных ветвях

Жарки – синички!

И Мир безбрежный на глазах –

Сменил обличье!

Резвится по сугробам луч

В алмазном блеске!

И в простынях лиловых туч –

Заря Воскресла!..

Сугробы тают

Нет сожаленья, что сугробы тают…

Синеет небо, облака легки.

Март добр – он солнце, как надежду дарит,

А слёзы с крыш не горьки, а сладки…

Дуреют воробьи, купаясь в лужах,

Как в сахарном сиропе виноград…

И каждый знает, что кому-то нужен

И нужности своей безумно рад…

Мне по душе весеннее волненье –

Вслед за ручьями хочется бежать;

Устроить свадьбу, справить день рожденья,

И внуков нянчить, и детей рожать…

…Купить билет в ближайший скорый поезд,

Уехать хоть на север, хоть на юг,

Стряхнуть сомненья, растревожить совесть

И не гадать кто недруг, а кто – друг…

Простить обиды, с прошлым примириться,

Делиться хлебом – мысль, как мир проста:

В ночь умереть, а утром вновь родиться

Землёй иль Небом… С чистого листа… Февраль. Зима Зимы

Век Зимы – в последней трети…

Ей уже за шестьдесят…

То с восторга солнцем светит,

То тоска – ветра шумят.

Вдруг, обнимет и целует

На макушке завитки,

И голубкою – воркует…

А снежинки-мотыльки