292 В. И. ЛЕНИН

А в то же время Тышка самопубликовал эту мерзость в польской с.-д. литературе! !

Ленин, получив от секретаря МСБ, Гюисманса, копию бумажки Тышки, послал, конечно, письмо Гюисмансу, что это «вероломнейший» акт мести, что Малецкий и Ганецкий, бывшие члены ЦК, всем известные в партии; — что следственная комиссия, назначенная самим Тышкой, не нашланикакой провокации; — что печатать о провока-

*

ции среди политических противников, не приводя имен, вещь самая грязная и подлая .

Главное правление ответило голой руганью.

Состоялся Базельский конгресс. Делегацию Варшавского комитета единогласнопризнали вседелегаты РСДРП, и ликвидаторы, и латыши, и впередовцы, и бундовцы, и троцкисты!

Выборы от Варшавы дали обоихрабочих выборщиков с.-д. сторонников Варшавского комитета,противников Тышки и К 0.

Фиктивность параллельной организации Тышки доказана перед всеми. Честный путь — взять назад обвинение в провокации — не по плечу Тышке с его Главным правлением.

Но лучше всех наши ликвидаторы и их OK, любящие «единство». «Луч», официально примыкающийк августовской конференции, два раза напечаталмерзкую ложь Тышки!!

Первый раз это сделал господин, спрятавшийся под инициалами. Второй раз — господин Августовский.

И каковы храбрецы! Они распространяют мерзость и — прячутся за спину Главного правления. Мы-де ни при чем, мы не в ответе, мы не распространяем мерзости, мы «только» сообщаем о факте напечатания(мерзости) от имени Главного правления! !

Мартов, Троцкий, Либер, латыши и К анонимнораспространяют тышкинскую мерзость, прячась за спиною Тышки — в легальной печати, где документов привести нельзя!!

«Социал-Демократ» № 30, Печатается по тексту

12 (25) января 1913 г. газеты «Социал-Демократ»

См. настоящий том, стр. 45—46. Ред.

293

ЗНАЧЕНИЕ ИЗБРАНИЯ ПУАНКАРЕ

Нового президента французской республики усиленно поздравляют. Загляните в черносотенно-погромщицкое «Новое Время» и в либеральную «Речь»: какое трогательное единодушие в поздравлениях президенту Пуанкаре, в выражениях своего удовольствия!

На оценке вопросов внешней политики и положения дел в западных странах с особенной наглядностью вскрывается глубокое внутреннее родство наших черносотенцев и наших либералов. Когда и те и другие приветствуют «национального» президента Пуанкаре, выбранного союзом крупной буржуазии и клерикально-феодальной реакции во Франции, — всякому становится ясно, что черносотенцы и либералы расходятся лишь во взгляде на способыборьбы против социализма.

Но выборы Пуанкаре представляют интерес покрупнее, чем думают усердные «поздравители». Сознательные рабочие, обдумывая значение этих выборов, отмечают три обстоятельства.

Во-первых, выборы Пуанкаре означают еще шаг вперед в обострении классовой борьбы, предстоящей Франции. Пуанкаре был премьер-министром в палате, имеющей радикальноебольшинство. А в президенты выбран он противрадикального кандидата Памса, выбран при помощи клерикально-феодальнойреакции, выбран правым блоком.

Что это значит? Во Франции у власти стоит последняябуржуазная партия, радикалы . Отличие ее от

294 В. И. ЛЕНИН

«реакции» становится все меньше. Против социалистического пролетариата все теснее сплачивается всябуржуазия, от радикальной до реакционной, и все больше стираются границы между той и другой. Особенно ярко это проявилось на избрании Пуанкаре. Такое сплочение — верный признак крайнего обострения классовых противоречий.

Во-вторых, знаменательна карьера Пуанкаре — типичная карьера буржуазного дельца, продающего себя по очереди всем партиям в политике и всем богачам «вне» политики. По профессии Пуанкаре — адвокат с 20 лет. В 26 лет он был начальником кабинета, в 33 года министром. Богачи и финансовые тузы во всех странах высоко ценят политические связи таких ловких карьеристов. «Блестящий» адвокат-депутат — политический пройдоха, это — синонимыв «цивилизованных» странах.

В-третьих, знаменательна демонстрация французских социалистов при выборах Пуанкаре. Голосование за Вальяна было демонстрацией в честь Коммуны. Вальян — живая память о ней. Достаточно хоть раз видеть, как встречают парижские рабочие появление на трибуне седого, как лунь, Вальяна, чтобы понять это.

И вот, в том самом Версале, где в 1871 году буржуазная Франция продавала родину Бисмарку, чтобы подавить восстание пролетариата, — в той самой зале, в которой 42 года тому назад раздавались зверские вопли черносотенных помещиков Франции, жаждавших себе короля, депутаты рабочего класса голосовали за старого коммунара.