Кто-то из людей Герберта окликнул его; юноша отправился отдать распоряжения по подготовке к переправе, а Райн спросил жену:

– - Скажи, разве до Богов был ледник?.. Я находился под впечатлением, что климат как раз был теплее, пока не ушли Старые Боги. Они же были огненные, разогревали землю.

– - Ну да, -- Вия дернула плечом и внезапно улыбнулась.
– - Я на самом деле только что все придумала. Даже шаманы не знали, отчего граница проходит по Радагану. Наверное, так устроилось слишком давно.

Стар улыбнулся, но подумал, что чувство юмора у Вии очаровательно. Хотя по большей части кажется, что она его вовсе лишена.

***

Караулы состояли из людей Ди Арси и Стадтведера вперемешку. Последним Стар не то чтобы не доверял, но доверять никому нельзя вообще в таких делах. Герберт, верно, думал так же. Караулы двух партий исправно дублировали друг друга, и оба военачальника исправно проверяли их по вечерам.

Вскоре выяснилось, что мера отнюдь не напрасна.

Первая ночь после переправы через Радаган выдалась неспокойной. Где-то незадолго до полуночи Вия вышла из шатра, где они расположились вчетвером (на одной половине Вия с Ванессой, на другой -- Райн со Старом, но и Райн и Стар оба часть ночи несли вахту) и, придерживая у горла серый шерстяной плащ, окаймленный вышивкой в виде рябиновых листов, подошла к Стару.

– - Мой господин, -- сказала она, потому что их могли слышать.
– - Мне кажется, что в лесу кто-то есть.

Все было тихо и спокойно, но Стар тут же приказал своим людям удвоить внимание. Герберт, посмотрев на него, сделал то же самое.

Из леса никто не вышел. Стар не вглядывался в темноту за кругом света, зная, что это дело почти зряшное; он на всякий случай обходил сдвоенные посты (Герберт двигался по кругу ему навстречу), как вдруг услышал из центра лагеря сдавленный возглас.

Возглас принадлежал Райну, и Стар сам не понял, как оказался около того самого шатра с обнаженным мечом -- успел раньше всех. Впрочем, спешить было особенно некуда:астролог, имевший такой вид, будто он еще и не ложился, церемонно раскланивался с очаровательнейшей незнакомкой.

В круге света от костра было видно, что это молодая темнокожая девушка среднего роста с толстой черной косой, скрытой по северной моде под сеткой. Одета она была в шелковое блио странного кроя, мало подходящее для лесных прогулок. Плаща не носила, даже самого легкого, но и замерзшей не выглядела.

Да нет, не просто темная у нее кожа -- темно-красная, такого же цвета, как у Вии.

– - Наконец-то я вас нашла! А то пришлось так долго бродить по лесу, что я даже сбила туфли... Вы здесь главный? -- она обращалась к Райну, и говорила при этом на лагарте -- явно родном для нее языке. Во всяком случае, для Стара ее акцент был еще менее заметен, чем Райнов, а астролог знал это наречие очень хорошо.

– - Меня зовут Райн Гаев, магистр Великого Искусства, к вашим услугам, миледи, -- коротко произнес астролог. -- Начальником же этого лагеря по сути, если не по форме,можете считать вот этих господ, которые сейчас спешат сюда с оружием наперевес. Очень рад вам представить моего господина и друга, храброго рыцаря милорда Ди Арси -- и доблестного маркиза Герберта Стадтведера, будущего герцога Олаусского.

Герберт, уже подоспевший к ним -- что характерно, действительно, с мечом наперевес -- поклонился. Стар не мог бы поклясться в этом наверняка, но ему показалось, что юноша покраснел. Еще бы -- такая красотка!

– - Осмелюсь ли я узнать, что привело вас сюда?
– - витиевато продолжал Райн, покуда Стар и Герберт стояли, пораженные красотою девушки.

Она ничуть не походила на Вию; во всяком случае, не чертами. В лице ее светилось столько неземной грации, столько обаяния, что все прочие женщины перед нею представали грубыми слепками, подделками под настоящее. Как дикие гули, которых Стару случалось видеть -- а было пару раз -- были страшилищами, животными, так этаказалась богиней. Нет, лучше богинь, много лучше! Без высокомерия, без божественной отстраненности...

Стар на всякий случай сжал ладонь на рукояти меча, ибо мысль о богах сразу вызвала у него в памяти события десятилетней давности. Ну его. Богам богово, человеку -- человеково.

И в любом случае, от этакой куколки нечеловеческого происхождения, в легком блио расхаживающей ночью в лесу поздней осенью, ничего хорошего не жди.

Он поморгал, словно зашел с яркого света, и попытался вспомнить, о чем говорил Райн... Ну да, конечно, интересовался, каким ветром это чудное видение сюда занесло.