В приступе ярости, столь редком у него, король схватил кость и с силой швырнул ее об пол. Он поднялся с кресла и принялся расхаживать по комнате.

— А Пророчество, Ваше Величество?

— Благодарю, Понс. Ты напомнил нам о действительно важной вещи. Самый факт того, что этот Эпло знает о Пророчестве, имеет огромное значение.

— Прошу простить меня, Ваше Величество, но я не вижу…

— Понс! — Клейтус остановился подле своего советника. — Подумай! Через Врата Смерти приходит тот, кто знает Пророчество. А это значит, что Пророчество известно не только в этом мире.

На канцлера снизошло озарение:

— Ваше Величество!

— Этот Повелитель патринов боится нас, Понс, — мягко проговорил Клейтус. Взгляд его, казалось, блуждал в незримых мирах. — С нашей некромантией мы стали самым могущественным из когда-либо живших сартанов. Вот почему он послал своих шпионов, чтобы вызнать наши тайны и подчинить себе наш мир. Я вижу, как он ждет возвращения своих шпионов. И он будет ждать напрасно!

— Шпионы? Полагаю, Ваше Величество имеет в виду и того сартана, который уничтожил мертвого? Но да будет мне позволено напомнить вам, сир, что он все же сартан. Он — один из нас.

— Один из нас? Тот, кто уничтожает наших мертвых? Нет, если он и в самом деле сартан, то один из тех, кто обратился ко злу. Похоже на то, что за века патрины сумели совратить с пути истинного многих наших собратьев. Но не нас. Они не совратят нас. Нам нужен этот сартан. Мы должны узнать, как он сплел эти чары, и научиться им.

— Как я и говорил вам прежде, сир, я не опознал вязь рун, которой он воспользовался…

— Твои способности и знания весьма ограниченны, Понс. Ты не некромант.

— Верно, сир. — Канцлер смиренно признал за собой этот недостаток. Понс знал, что его дар заключается в другом — он умел быть незаменимым, он был нужен своему королю.

— Магия этого сартана может представлять для нас существенную угрозу. Мы должны знать, что он сделал с телом, как ему удалось отнять у капитана «жизнь».

— Несомненно, сир, но если он сейчас у графа, нам будет тяжело захватить его…

— Вот почему мы и не пытаемся сделать этого. И нам нет необходимости захватывать его. Граф и графиня ведь собираются спасти принца, разве нет?

— Судя по тому, что рассказал Томас, именно это они и сделают.

— Значит, тот сартан, который нам нужен, придет с ними.

— Чтобы спасти принца? Но зачем ему это?

— Нет, Понс. Он придет, чтобы спасти своего друга-патрина, который к тому времени будет умирать.

В следующем цикле заговорщики решили отправиться в город, в дом Томаса. В часы сна проникнуть в Некрополис было несложно. Войти туда можно было только через главные ворота, а они охранялись мертвыми. Но, представляя собой сеть туннелей и пещер, Некрополис имел множество других входов и выходов; их было слишком много, чтобы к каждому можно было приставить стражу — да в этом и не было необходимости, коль скоро у народа Кэйрн Некроса давно уже не было врагов.

— Но теперь враг появился, — сказала Джера. — Возможно, король прикажет заткнуть все «крысиные норы».

Но Томас был уверен, что король не издаст подобного указа. В конце концов, враг ведь был на другом берегу Огненного Моря. Джера вовсе не разделяла его уверенности, но Джонатан напомнил ей, что король высоко ценит их друга Томаса, а потому Томас хорошо знает мысли Его Величества. Наконец они решили, что попытаются пробраться в город через «крысиные норы». Но что же делать с псом?

— Мы могли бы оставить его здесь, — предложила Джера, задумчиво глядя на зверя.

— Боюсь, он не останется, — возразил Альфред.

— А он прав, — тихо заметил Джонатан жене. — Пса даже смерть не удержала!

— Ну, мы не можем позволить никому видеть его. Немногие в Некрополисе обратят внимание на нас, но особо рьяные горожане, несомненно, доложат о животном, появившемся в стенах города!

Альфред мог бы сказать им, что не о чем волноваться. Пса можно сколько угодно бросать в кипящую грязь или лаву, можно охотиться на него с любым количеством стражи, можно запирать его в бессчетные клетки — но, пока жив Эпло, рано или поздно пес все равно будет возвращаться. Но сартан не знал, как объяснить это словами. А потому он не стал вмешиваться в обсуждение, пока спорящие не пришли к единственно возможному решению — не брать с собой ни Альфреда, ни пса.

Старый граф одобрил этот план.

— Я видел тела, которым лет по пятьдесят, но которым менее грозила опасность развалиться на части, чем этому человеку, — жестко заметил он дочери.

За несколько мгновений до этого Альфред едва не свернул себе шею, упав с лестницы.

— Здесь вы будете в большей безопасности, Альфред, — прибавила Джера. — Конечно, похищение принца из Некрополиса будет вовсе не таким уж опасным делом, но все же…

— Я пойду с вами, — настойчиво проговорил Альфред. К его собственному удивлению, он нашел нежданную поддержку в лице Томаса.