Минут через пятнадцать Кикаха проверил все, что только мог. Настала пора уходить. Он пожалел, что пообещал Анане ограничиться лишь внешним наблюдением. Его одолевало желание пробраться в дом. Если бы удалось застать Кэмбринга врасплох и выжать из него кое-какую информацию… Но он обещал. И Анана осталась спать только потому, что верила в его нерушимое слово. А он знал, насколько недоверчивы властители к другим людям. Ее доверие говорило о любви, и он не хотел искушать это чувство.

Прокравшись в боковой дворик, Кикаха спрятался за кустом. Он понимал, что надо уходить, но ему казалось, что через миг-другой произойдет какое-то событие, которое заставит его перейти к действию. Минуты шли, ожидание затягивалось. И вдруг он услышал, как в доме зазвонил телефон.

В темном окне второго этажа загорелся свет. Кикаха вскочил и, подбежав к дому, приложил к стене небольшое прослушивающее устройство. Шнур, выходивший из прибора, заканчивался маленьким наушником. Вставив его в ухо, он тут же услышал, как мужской голос произнес:

— Да, сэр. Я вас понял. Но как вы их нашли, позвольте спросить? —

Последовала короткая пауза, а потом человек добавил: — Прошу прощения, сэр. Я не собирался совать нос в чужие дела. Нет-нет, это больше не повторится. Да, сэр, я все понял. Ошибок не будет, можете не беспокоиться. Мы выйдем на связь перед началом операции. Спокойной ночи, сэр.

Сердце у Кикахи заколотилось. Кэмбринг получил какой-то приказ и, возможно, говорил с самим Рыжим Орком. А значит, назревало важное событие — серьезное и угрожающее.

Он услышал шорох, пару щелчков и писклявый сигнал вызова. Очевидно, хозяин дома решил воспользоваться селекторной связью. Голос его заметно изменился:

— Одевайтесь и живо сюда! Бегом, бегом! Предстоит работенка! Живей!

Кикаха решил дождаться чего-то более определенного. Возможно, из их слов он поймет, что бандиты направляются не за ними. Тогда после их отъезда он проберется в дом. Ситуация сама подсказывала этот шаг, и было бы глупо упустить такой случай. Он надеялся, что Анана его поймет.

Если же дело касается его и Ананы, он бросит все и побежит к ближайшей телефонной будке. Кикаха полез в карман за мелочью и тихо выругался. После вечерних звонков у него осталась только одна монетка.

Через семь минут у передней двери собрались восемь человек. Кикаха следил за ними из-за дерева. Первая четверка влезла в «мерседес-бенц», вторая — в «меркури».

Он так и не понял, кто из них Кэмбринг. По дороге к машинам мужчины не произнесли ни слова. Один бандит забежал вперед и, открыв дверцу «мерседеса», придержал ее перед высоким мужчиной с пышными кудрявыми волосами и широким носом. Кикаха решил, что это и есть Кэмбринг. Среди других он узнал молодого блондина и Рамоса — водителя «линкольна». На лбу у Рамоса виднелась белая повязка.

Машины уехали, и на площадке у ворот остался только один автомобиль. Кикаха знал, что в доме находятся как минимум два человека. Немногим раньше он слышал, как какая-то женщина сонно спрашивала Кэмбринга, когда тот вернется, а потом мужской голос возмущался, что его оставляют здесь. Наверное, парню хотелось отправиться на дело, но Кэмбринг велел ему заткнуться и как следует охранять дом.

Не успели машины свернуть за поворот, как Кикаха оказался у передней двери. Узкий луч кольца разрезал язычок запора. Он тихо приоткрыл дверь и шагнул в большую прихожую, в конце которой находилась освещенная лестница. Когда глаза привыкли к темноте, он увидел телефон, стоявший на столике у стены. Подойдя к нему, Кикаха зажег спичку и при слабом дрожащем свете набрал номер Ананы. После трех гудков в трубке послышался ее голос.

— Анана! — тихо произнес он. — Я нахожусь в доме Кэмбринга. Он и его банда только что отправились в нашу гостиницу. Они выследили нас! Поэтому хватай одежду и выбирайся оттуда. Быстрее, милая! Можешь даже не одеваться! Сложи вещи в сумку и уходи! Оденешься за гостиницей! Я встречусь с тобой там, где мы договорились! Ты все поняла?

— Подожди, — отозвалась она. — Скажи хотя бы, что случилось?

— Нет времени! — ответил он и мягко опустил трубку на рычаг.

В коридоре наверху послышались шаги, потом их сменил скрип ступеней, которые прогибались под тяжестью рослого человека. Установив излучатель на «оглушающую» мощность, Кикаха двинулся к лестнице. Для допроса ему требовался мужчина — женщина вряд ли знала о делах владельца этого дома.

Слабое поскрипывание прекратилось. Пригнувшись под лестницей, Кикаха ждал. Внезапно в прихожей вспыхнул свет, и человек сбежал по ступеням на тот пролет, под которым прятался Кикаха. Мужчина мягко перескочил через перила и развернулся в воздухе. В правой руке он сжимал большой автоматический пистолет — возможно, сорок пятого калибра. Он опустился на пол прямо перед Кикахой — и тут же упал на спину, потеряв сознание. Золотистый луч действовал не хуже кувалды. Оружие отлетело в сторону.

Толстый ковер приглушил звук падения массивного тела.

Женщина наверху встревоженно закричала:

— Уолт? Что-нибудь случилось? Ты меня слышишь, Уолт? Да что там происходит, черт бы тебя побрал?

Кикаха поднял пистолет, поставил его на предохранитель и сунул оружие за пояс. Поднимаясь по ступеням, он едва не налетел на женщину, которая спускалась со второго этажа. Открыв рот, она хотела закричать, но он прижал ладонь к ее губам и показал ей кончик широкого лезвия. Женщина обмякла, как тряпичная кукла, и быстро закивала, демонстрируя свою покорность. В общем, она правильно оценила ситуацию.