Испанцы и тласкальтеки штурмуют храм Кецалькоатля в Чолуле. Lienzo d Tlaxcala, ed. par A. Chavero, Mexico, 1892

Весть о резне в Чолуле взволновала весь Анауак. В течение многих десятилетий такие массовые убийства оставались квазимоноиолией гигантских имперских армий, направляемых против того или иного небольшого города. И вот теперь если не сам Тройственный Союз, то его пособник оказывается в положении жертвы. Получив информацию, Монтесу- ма не мог не испытать глубокого восхищения перед энергией — равной его собственной — и отвагой своего противника, а также перед той проницательностью, которая позволила ему разгадать его намерения. Источники сообщают, что но данному случаю Моптесума принес многочисленные человеческие жертвы и скрылся на восемь дней от посторонних глаз — для совершения покаяния. Во время его ночных бдений явившийся ему Уицилопочтли велел ему не бояться захватчиков и впустить их в город, где с ними легко будет расправиться ввиду их малочисленности.

Тем временем приходилось задабривать их, готовя при этом новые ловушки. Послы отправились обратно в Чолу- лу, имея при себе в качестве подарков десять золотых подносов, полторы тысячи штук ткани, и большой запас провизии. Они передали капитану слова сожаления Моитесу- мы по поводу коварных действий, направленных против богов, и заверения о его непричастности к ним. Конечно, в окрестностях Чолулы в то время стояли имперские войска, но они просто возвращались из Акацинко и Асакаиа, двух городов-соседей и союзников Чолулы, к которым жители этого города обратились за помощью... И наконец, послы еще раз попросили испанцев не идти в Мехико — совершенно бесплодный край, где просто ничего не было. Кортес ответил, как обычно, что он должен подчиняться имеющимся у него инструкциям. Некоторое время спустя Монтесу- ма уведомил его, что будет рад его принять.

%

УЧЕНЫЙ СПОР О СОБЫТИЯХ В ЧОЛУЛЕ

ак могут быть описаны события, которые имели место в Чолуле. Моптесума расставил ловушку на конкистадоров, пытаясь захватить их там, где им труднее всего было обороняться. Поняв, что противник нащупал их слабое место, испанцы обратились к жестким действиям — для того чтобы в дальнейшем подобные попытки застать их врасплох были исключены. В создавшейся ситуации у него не было иного выбора.

Серьезные свидетельства согласуются между собой достаточно хорошо, хотя сами события и их побудительные причины у конкистадоров, в зависимости от их осведомленности, получили различное толкование. Однако некоторые современные историки вообще не верят в существование заговора.

Например, но мнению Ороско-и-Берры (это еще XIX век), ничто в позиции Монтесумы даже не предполагает такого образа действий. В действительности, виноваты во всем тласкальтеки и Марина, которые придумали всю эту историю с заговором из ненависти к империи. Кол лис использует те же аргументы. Вагнеру чолультеки представляются мирными агнцами (так же, как в свое время — Лас Касасу). Эулалия Гусман без всяких к тому доказательств считает, что имело место лишь коварство Кортеса, и Сотомайор в своем памфлете, направленном против конкистадора1, следует в том же направлении. На добрый прием, оказанный Кортесу чолультеками, он ответил массовой резней. Что касается таких авторов, как Прескотт, Бабелон, Мадариага, Перес Мартинес, Дескола, Паддеи, Браидейдж, Уайт, Фуэтэс, Томас и Мартинес, то они, подобно Васкесу, придерживаются «испанской» точки зрения. Дэйвис замечает со знанием дела, что приписываемая Монтесуме тактика, состоявшая в том, что он посылал других сражаться вместо себя, с риском быть затем разоблаченными, вполне в его духе. Рассуждения ревизионистов основываются на некоторых несоответствиях испанских версий и на большей части индейских источников.

Обратимся сначала к свидетельствам индейцев, которые, правда, представляются весьма сомнительными. Разумеется, они не всегда единодушны в своих рассуждениях. Муньос Камарго из Тласкалы принимает полностью сторону испанцев и даже делает свои добавления в этом смысле. Он,

например, рассказывает, что испанцы и тласкальтеки направили в Чолулу с мирными предложениями знаменитого Пат- лахуацина. Для того чтобы показать свое намерение сражаться, чолультеки, прежде чем отпустить его назад, содрали у него кожу с лица и рук. Чимальиахии, выражающий точку зрения Чалько, говорит, что чолультеки первыми набросились на испанцев. С «нроацтекской» стороны, например в Anales de Tlatelolco, нет ни слова об этом событии. Лишь более поздние тексты, например, те, которые находятся в сфере Chronique X и де Саагуна, упоминают о нем.

Chronique Тезозомока относится ко времени, предшествующему вступлению в Чолулу. Дюран лишь вскользь упоминает о резне в своей Livre de rites. Согласно информаторам де Саагуна и Товара, тласкальтеки настроили испанцев против Чолулы. Опасаясь западни, последние заманили сеньоров, вождей и простолюдинов во двор храма Кецалько- атля. Доступы во двор были перекрыты, за чем последовало уничтожение безоружной толпы людей. Наконец, сами чолультеки через 60 лет после событий отрицают существование заговора и утверждают, что на них напали потому, что они отказались снабжать испанцев продовольствием.

При рассмотрении этих хроник следует обратить внимание на два момента: ненависть Тласкалы, подчеркиваемая, естественно, сторонниками ацтеков, и избиение носильщиков воды и провизии иод тем предлогом, что они прекратили поставку продовольствия. Описание-резни де Саагу- ном и Товаром нельзя считать надежным. Авторы вдохновлены здесь известным в то время сюжетом о Тоскатле. В ироацтекских источниках обходится полным молчанием причастность Монтесумы к данному событию, что вполне понятно. Проводится та мысль, что мешики сражались с испанцами, только когда последние вынуждали их к этому. В связи с этим Монтесума превращается авторами в труса, что было, как известно, одним из главных пунктов проац- текских текстов. Трус, понятно, не устраивает засад...

Теперь об избиении невинных носильщиков воды. Или, по испанским документам, просто носильщиков, выполнявших свои обязанности в порядке повинности.

Первый источник, отображающий это событие, восходит к 1529 году. В этом году враги Кортеса добились, наконец, постановления, обязывавшего его дать обстоятельный отчет о своем поведении начиная с Конкисты. Старый конкистадор Васкес де Тапиа, который ненавидел его в силу каких- то личных мотивов, выступая тайно в качестве свидетеля, говорит о Чолуле. Он рассказывает, что Кортес попросил правителей города дать ему достаточное количество носильщиков для того, чтобы можно было, покинув город, продолжить намеченный путь. Пришло около пяти тысяч человек. Всех их заперли во дворе Большого храма. «Он приказал находившимся там испанцам убить всех этих людей, и все они были убиты. А когда они были мертвы, то он сразу вышел в город со всеми своими людьми, и он убивал всех, кто ему попадался на глаза; и он приказал также своим людям заходить в дома сеньоров и убивать их, а потом они подожгли храмы... И они говорили, что эти самые индейцы хотели' поднять мятеж и поубивать христиан. Но были люди, видевшие, как хорошо горожане принимали христиан. А убитых и взятых в плен было более двадцати тысяч!»