В городе зажгли огромную кучу мусора. На «Диане» засвистели дудки, капитан закричал в рупор, и люди забегали по кораблю, они там перепугались. Эбису спустили баркас и осторожно опускали на веревках в него какую-то машину. Сто матросов прибыли на берег на баркасе и на шлюпках.

На берег побежал Накамура Тамея с чиновниками управления и с полицейскими. Возвратившись, Накамура доложил, что русские решили, что в городе пожар, и привезли пожарную машину.

– Как они надоели! – сказал Кавадзи. – Когда же они уйдут? Им надо ремонтировать свой корабль, а они все хотят спасать японцев и везут на берег пожарную машину.

– Может быть, судно их не может идти? – спросил Саэмон но джо. Вопрос этот давно его тревожил.

Накамура Тамея ответил, что эбису говорят, что в море судно может продержаться на заплатах три дня.

Хохотали в этот вечер до упаду. Но у Кавадзи всегда есть в запасе тяжелые думы. За последнее время ему кажется, что японские чиновники приема русских как бы находятся в пренебрежении у высшего правительства. Казалось бы, все одарены халатами за служебные подвиги и распорядительность, но на самом деле это лишь вознаграждение за тревоги и ужас, испытанные во время землетрясения.

«А дальше что? Ни денег, ни продовольствия! Мы живем впроголодь и стыдимся признаться в этом Путятину. Давно уже никто из нас не пробовал мяса».

Никаких указаний не делается, как вести переговоры. Никто не осведомляется, успешно ли подготавливается договор. Заключать договор назначены высшие чиновники, а никакого значения делу не придается. Усилия уполномоченных, кажется, перестали интересовать правительство в Эдо.

Кавадзи знает, в чем тут дело. Хорошего ничего не предвидится. Правительство в своих стараниях готовится к иному тяжелому будущему. Но надо делать свое дело и показывать, что не замечаешь странного поведения правительства. Странное, небывало странное положение!

– У них руль фальшивый и помпы все время работают. Вода к ним так и льется в корабль, как по трубе, – рассказывал Накамура.

Утром выступили из мглы и из полос тумана скалы и леса на каменных столбах среди моря. По бухте торжественно шло единственное белое рыбацкое судно.

– «Диана» ушла! Путятин уехал, – с восторгом сказал самурай, поднявшийся со своим господином на лесной холм, где теперь по утрам упражнялся Кавадзи.

После взмахов мечом и прыжков он возвратился в храм.

Один из его подданных рассказал новость. Кога купил свиную ногу. Он говорит, что до вечера будет есть свинину и валяться на циновках…

Кога Кинидзиро с любовью оглядывал свои найденные в грязи книги и остатки рукописей. Нельзя дома оставлять такие драгоценности. Он брал их с собой, все это, в каждую командировку. Ведь в Эдо часты пожары…

Пусть Кавадзи столковывается с Посьетом через Накамура. Пусть они проводят границы. Кога отдохнет. Мурагаки уехал в Эдо. Путятин – в Хэда. Дела возлагаются на Посьета и Кавадзи.

Кога, купив свиную ногу, долго смотрел, как слуга зажаривает ее. Потом до вечера он лежал на татами. Он записывал в дневнике, что ненавидит всякое дело, что из-за эбису долго сидел без свинины и только сегодня наконец целый день отдыхает в одиночестве, размышляет и грызет мясо. Будьте прокляты эбису!

Верхом на лошади прискакал Эгава Тародзаэмон. Он соскочил с седла, как самурай, присланный гонцом, и быстро вошел в храм. Он в высоких сапогах, в которых охотники бродят по горам Идзу в зарослях колючек.

У Эгава длинное лицо с острыми клочьями волос от висков, напоминающими смертоносные плавники касатки. Эгава строен и высок. Когда смотришь ему в глаза, то лицо его овально, как дыня. Такая форма лица представляется в утонченных понятиях эпохи Эдо идеальным совершенством. Густые волосы с проседью и как бы с крутым гребнем, который начинается на середине лба.

Жена Кавадзи говорит, что Тародзаэмон по красоте третий в столице. А Кавадзи полагает, что Эгава по уму и талантам первый в государстве, но этого еще не понимает общество рыцарей и лентяев.

Кавадзи любил послушать рассуждения Тародзаэмона. Он сильный человек. В течение восьми поколений представители рода Эгава сохраняют наследственную должность дайкана – значит, в их семье есть большая родовая сила. Это породистая семья.

Сын Эгава убил кабана, как велел ему отец, чтобы к празднику послать мясо русским. Он будет еще бить кабанов для гостей.

Эгава сказал, что рис прислан правительством для эбису по случаю Рождества и Нового года по русскому календарю.

Борцы с эдоского рынка посланы в качестве грузчиков, чтобы эбису знали, какие могучие гиганты составляют население японской столицы. Ведь эбису в своих учебниках по географии пишут, что японцы народ слабый, маленького роста. Эти борцы присылались и в Синагава, когда стояла в заливе Эдо эскадра Перри после подписания договора. Борцы состязались между собой, а потом стали бороться с американскими матросами. Они легко валили и бросали оземь самых сильных из американцев, так что земля вздрагивала. Случалось, что японские богатыри по-европейски пожимали руки черным и белым гигантам в американской форме, да так, что те при общем хохоте извивались от боли, как червяки, не в силах вырвать своей руки.