Шрифт:
– Уверен?
– На все сто. Я же тебе русским языком толкую – змея уползла.
– А почему она – такая большая? Натуральная анаконда из субтропических южноамериканских джунглей…. Разве в северных лесах Республики Коми водятся анаконды?
– В аномальных зонах всякое возможно. По крайней мере, так наш Палыч излагает…. Слушай, сокурсница, а для чего ты попёрлась с нами? Сидела бы себе на мамкиной комфортабельной даче под Питером и горя бы не знала. Высоты боишься. Змей опасаешься.
– Надо было, вот, и попёрлась, – неожиданно разозлилась Наталья. – Тебя, охламона широкоплечего, забыла спросить. Шагаем…. Кстати, рельеф местности устойчиво идёт на подъем. Мох уже не качается под ногами. Так что, можно идти рядом…
Тропа неуклонно и планомерно поднималась вверх. Вскоре исчезли пышные мхи и цветные лишайники, а им на смену пришли разлапистые буро-зелёные папоротники. Да и лес из хвойного постепенно преобразовался в смешанный.
– Дымком пахнет, – встревожено задёргала крыльями носа Натка. – Всё сильнее и сильнее. А ветер, как раз, дует в нашу сторону…. Впереди бушует страшный лесной пожар? Может, ускоримся и догоним наших?
– Догоним, – мельком взглянув на наручные часы, пообещал Назаров. – Через двадцать пять минут. Никак не позже.
– С чего бы такая точность?
– С того самого, что на четырнадцать ноль-ноль наш проводник назначил обеденный привал. Он, понятное дело, задавака и пижон, каких ещё поискать. Но все обещания, похоже, держит. Так как является законченным педантом. Опять же, армейское прошлое…
В тринадцать пятьдесят пять, обогнув несколько огромных корней-выворотней, они вышли на плоскую вершину холма. Здесь вовсю гулял холодный северный ветер, наполненный чуть горьковатым дымным привкусом, зато слепни, мошкара и гнус отсутствовали.
– О, весь отряд в сборе, – наскоро отдышавшись, обрадовалась Наталья. – Действительно, намечается привал, причём, совместно с сытным обедом. Как же я проголодалась! Словно самка песца на излёте суровой чукотской зимы. А как устала – словами не передать…
Иван Палыч, заложив руки за спину, сосредоточенно рассматривал трёхметрового деревянного идола, вырезанного из толстенного соснового бревна и установленного в самом центре вершины. Идол был вкопан в землю и для пущей надёжности обложен – в несколько рядов – крупными серо-розовыми валунами. Близнецы Петровы, достав из рюкзаков походные котелки, отправились вниз по склону, где – по всей видимости – располагался родник с чистой водой. А Сергей и Лиза, о чём-то тихонько переговариваясь и негромко пересмеиваясь, разводили костёр.
– Перекусить, конечно, не помешает, – стараясь не смотреть в сторону костра, согласился Пашка. – Воркуют, понимаешь, словно влюблённые голубки.
– Это точно. Ситуация – прямо как в той песенке.
– В какой?
– Из знаменитого кинофильма – «Большая перемена», – печально усмехнулась Натка. – Неужели не смотрел? Темнота ты, Павлик, беспросветная…. А песенка такая, слушай. Мы выбираем, нас выбирают. Как это часто – не совпадает. Я за тобою двигаюсь тенью. Я привыкаю – к несовпаденьям…
– К чему это ты, Птичка? – непонимающе нахмурился Назаров. – Рифмованными шарадами, вдруг, заговорила.
– Не обращай, соратник, внимания. Это я так. Видимо, от навалившейся усталости.
– Ну-ну…
Он, сбросив с плеч тяжёлый рюкзак, подошёл к деревянному идолу.
Идол загадочно молчал. На северо-западе, где располагалась конечная точка их маршрута, простиралась – до самого горизонта – тёмно-зелёная тайга. А на севере в безоблачное голубое небо плавно поднималась, хищно изогнувшись крутой дугой, широкая полоса бело-серого дыма.
– Это что, такой сильный лесной пожар? – спросил Пашка.
– Не угадал, юноша. Самые обыкновенные дымокурни, – отозвался Профессор. – Зыряне [1] жгут мокрый хворост и сырой зелёный мох, чтобы отпугивать от домашних северных оленей гнуса, комаров и прочую наглую мошкару. К посёлку Мутный Материк, как-никак, приписано ООО «Северный», самое крупное оленеводческое хозяйство в Республике Коми…. Видел по дороге что-нибудь странное и необычное?
– Ага. Трёхметровую змею. Толстенную, чёрную, с уродливым наростом на хвосте. Вам, случайно, не попадалась?
1
– Коми-зыряне – финно-угорский народ, коренное население Республики Коми.
– Нет, с гигантской чёрной змеёй, слава Богу, не сталкивались. А, вот, гибрид дикого кабана и ящерицы по базальтовым скалам прыгал. Ловко так. Поскакал минуты полторы-две, а потом, громко хрюкнув на прощанье, юркнул в узкую горную расщелину.
– Как это – гибрид кабана и ящерицы?
– Обыкновенно. Морда и клыки кабаньи, а хвост и лапы, по всей видимости, достались от лесной ящерицы. Шустрая такая животина, ничего не скажешь. А размером будет со среднестатистическую городскую дворнягу.